– Я хочу исчезнуть вместе с вами. И выслушайте меня, пожалуйста, прежде чем начнете предостерегать. Я молодая, сильная и неглупая. Я прекрасно проживу в глуши.

– А как же ребенок? Вы подумали, каково рожать в хижине?

– Но ведь другие женщины рожали, – не сдавалась Виктория.

– Нам надо потом обсудить это подробно, – сказала Тэйлор. – Может быть, будет лучше, если вы приедете ко мне, когда ребенок родится. Во всяком случае, так наверняка будет безопаснее.

Виктория в восторге стиснула руки.

– Так вы согласны, чтобы сейчас или позже я переехала в Редемпшен?

– Вы представляете себе, на что идете?

– Да.

Тэйлор вздохнула.

– Что ж, тогда у меня есть тост. – Она подняла свою чашку с чаем, подождала, когда Виктория сделает то же самое, и прошептала:

– За Редемпшен и за нашу новую жизнь!

Их чашки стукнулись друг о друга.

– И за свободу! – воскликнула Виктория.

– Тэйлор, мы опоздаем.

Это был Лукас. Тэйлор была настолько поглощена разговором, что не заметила, как ее муж вошел в ресторан.

У него был не очень приветливый вид. Она натянуто улыбнулась, пытаясь сгладить его суровость.

– У нас еще масса времени.

– Я хочу поскорее закончить с этими делами. – Он взял ее под руку и почти силой заставил встать. – Ведь это не займет очень много времени, да? В полдень я договорился встретиться с одним приятелем. Не хочу отменять эту встречу. У него есть крепкий жеребец, которого он собирается продать.

– Думаю, что за час мы управимся, – отвечала Тэйлор. – Виктория, я зайду к вам в номер, как только закончу с банкирами. Может быть, сходим за покупками сегодня после обеда. Вы пойдете с нами, мистер Росс?

Лукаса просто затрясло при одной мысли о том, что ему придется ходить с ними по лавкам.

– У меня встреча, – напомнил он Тэйлор.

– Весь день?

– И большую часть вечера. Эта ферма за чертой Бостона. Туда только добираться больше двух часов. Я раньше восьми вечера в гостиницу не вернусь.

– Почему у вас такой сварливый и недовольный тон?

– Просто я терпеть не могу, когда меня заставляют ждать.

– И я тоже, – весело заявила Тэйлор, чем разозлила его окончательно.

– Может, нам не следует ходить по магазинам, Тэйлор? – вмешалась Виктория. – У вас ведь траур.

– Она не должна носить траур, – буркнул Лукас. – Она обещала своей бабушке не делать этого.

– Я хочу найти церковь и поставить за нее свечку, – сказала Тэйлор.

Виктория одобрительно покивала:

– Уверена, что ей это понравится.

У Тэйлор совсем не было настроения ходить и делать покупки, но для девочек надо было купить массу вещей. Однако, по правде говоря, единственное, чего ей хотелось, – это увидеть близняшек. А время шло, и она хорошо понимала, что все необходимо сделать как можно быстрее.