Но он сразу почувствовал, что лжет сам себе. Ее мнение было ему вовсе не безразлично. Он не мог понять почему: что-то здесь не сходилось. Он просто устал, вот й все. Усталость мешает ему рассуждать логически. Шторм все еще бушевал с той же силой, и Лукас не удивился бы, услышав тревожный звон судового колокола, дающий пассажирам сигнал покинуть корабль.

Он не имел привычки волноваться по поводу обстоятельств, которые не в состоянии был изменить. Если судно пойдет ко дну, он схватит Тэйлор и поплывет к ближайшему берегу или умрет, пытаясь это сделать.

Близость Тэйлор сбивала его с толку. Она была такая мягкая и шелковистая. От нее так чудесно пахло. Розами. Ее гладкая кожа, придуманная специально для поцелуев, могла довести любого мужчину до сумасшествия, и единственным его желанием было прижаться лицом к изгибу ее шеи и заснуть, вдыхая ее аромат.

Опять ложь. Он хотел ее. Хотел погрузиться внутрь…

– А ваши братья понимают, что вы собираетесь бросить их?

Он был признателен ей, что она прервала эти его мысли. А то они до добра не доведут. Ему даже было все равно, что ее вопрос был, по сути дела, оскорбительным. Она просто чего-то не понимает. Пока она не назвала Джордана, Дугласа и Келси его семьей, он не считал их родней. Просто сводными братьями. Лукас так долго жил один, что само понятие «семья» было ему совершенно чуждо.

– Вы как будто обиделись, – заметил он и громко зевнул.

– Да, пожалуй, я немного обиделась, – отвечала она. – Я прекрасно понимаю, что ваши братья и их проблемы – вовсе не моя забота, но…

Он не дал ей закончить:

– Вы правы. Они не должны вас волновать. Спите.

– Значит, мы закончили обсуждать семейные обязанности?

Он проигнорировал ее вопрос – пусть его молчание будет ответом, больше она ничего не услышит.

Однако такой поворот беседы имел свою положительную сторону. Тэйлор была настолько возмущена этим, как она считала, предательством Лукаса по отношению к его семье, что у нее не оставалось больше времени и места для волнения об их собственном положении, в котором они находились, и Лукас находил по просто замечательным. Ничего, он толстокожий и вполне может снести несколько оскорблений, особенно если они отвлекают ее от волнения и страха. Ему не хотелось, чтобы она думала о возможной гибели в штормовом море. Он достаточно сильно беспокоится о них обоих, и пусть это будет известно одному Господу Богу. Интересно, подумал Лукас, сколько еще трепки может вынести их корабль, прежде чем разлетится в щепки.

– Тэйлор, вы умеете плавать?

– Да. А почему вы спрашиваете?

– Просто из любопытства.

– А вы?

– Ага.

Она совсем не сразу поняла смысл его вопроса.

– Вы можете доплыть до Бостона? – поинтересовалась она.

Конечно же, этого не мог сделать никто. Им еще добрых два дня идти до порта, а может, и больше, если судно сбилось с курса из-за сильного ветра и безжалостных волн. – Разумеется, могу, – отвечал он без тени усмешки в голосе, надеясь, что эта ложь успокоит ее.

– Мистер Росс!

Господи, его передергивает, когда она так обращается к нему.

– Что еще?

– Не думайте, что я такая доверчивая, – заявила она.