Король ничего не понял. Это было видно по глазам. Но я сразу разобрался, что "репы" не хватает. Но с учётом конечности ЗБТ, я бы вряд ли успел наработать достаточно "репы".

Да и зачем мне вообще знать, где сейчас Амелия и Вивиарис? Время упущено. Пару бы недель назад узнать, я бы подсуетился. Попробовал бы найти общий знаменатель с магистром, чтобы отыскать волшебницу и сотворить из неё союзника. И Амелию тоже, чтобы выбить недостающий балл репутации с королём Гилбертом, выйти на десять баллов в наших отношениях и получить "легендарку".

Но сейчас… Сейчас, боюсь, уже поздно. Даже завтрашняя осада мало на что повлияет.

— Не стоит себя накручивать, Серый Ворон, — магистр Женну будто читал мои мысли. — Если завтра ты сделаешь, что должен, мы всё обговорим. А пока оставь меня наедине с Его Величеством. Нам надо обсудить пару вопросов.

С секунду я стоял и просто чесал макушку. Мне было интересно узнать, что без меня хотят обсуждать. Но небрежно-повелительный знак короля помог принять правильное решение. Я оставил их одних и переключился на другие дела. Времени ещё много. Я успею кому-нибудь помочь выкачать недостающие проценты.

Глава 26

Ночью я вернулся в клан-холл. Возбуждение всё не проходило. Осознание, что завтра произойдёт самое важное игровое событие в истории Закрытого Бета Тестирования, и что я стану одной из центральных фигур, вызывало дрожь в виртуальных коленках. Раздавая ауры для качавшейся в "Кратере" группы, я всё больше и больше накручивал себя. Всё никак не мог успокоиться и смириться с неизбежным. А потому, даже когда большинство сокланов уже покинули игру, всё ещё не хотел выбираться в реальный мир. Я хотел побыть наедине с самим собой.

Но мне не удалось.

Клан-холл "Бессмертных" редко когда пустовал. В подвале чуть ли не круглосуточно ковалось наше могущество. Но сейчас двери в подвал были заперты, подтверждая, что Хельвег ушёл последним, а на моём троне, развалившись на дорогущей шкуре, восседала Кассиопея.

— Хе-х, — хмыкнул я, когда она меня заметила. — Планируешь меня подсидеть? И в прямом, и в переносном смысле.

— Больно надо, — фыркнула она и спрыгнула с трона. — Я просто хотела убедиться, что ты ещё живой.

— А что мне сделается? Я — тёртый калач.

Я маленько приврал, конечно. Никогда такого волнения, как перед завтрашним днём, я не испытывал. Но выказывать слабость при подчинённых не собирался ни за что.

— Врун! — уверенно заявила Вика. — Я с тобой столько времени провела. Я вижу, как ты напряжён, тёртый ты калач. Хочешь… Хочешь помогу?

— Массаж спины сделаешь? — я вообще не врубился, что она имеет в виду. Чудовищная усталость предыдущих дней превратила меня в классического тормоза. — Скрабом пяточки потрёшь?

— "Калач" потру, балда, — засмеялась Вика.

— Чего?

Она подошла ко мне достаточно близко. Но я так и не сообразил. Аж до момента, когда Вика привстала на цыпочки и осмелилась сделать то, что однажды осмелилась сделать на дискотеке в нашем общежитии. Только сейчас робости в её движениях я не заметил.

Поцелуй меня обескуражил, надо признать. Не как свершившийся факт, а своей страстностью. Своей настойчивостью.

Вика схватила меня за грудки, наверное, чтобы не сбежал и не сопротивлялся. Вонзилась губами в губы и прижалась всем телом. А потом показала, что что-то умеет. Или, возможно, научилась.

Ощущения меня накрыли, мягко говоря, странные.