— Почему не пришел Адем?

— Думал, что полиция устроила здесь засаду.

— Засаду? — Шехназ схватила старуху за руки. — Ты что говоришь, тетушка?

— То, что слышишь!

— Но ведь я тогда ничего не сказала адвокату!

— Адвокату?.. О чем же вы с ним говорили?

— Вот слово в слово! Спрашивает: «Где Адем?» Я ответила: «Не знаю… Бросил меня и убежал». А он: «Весь квартал заявляет, что автомобиль куплен на деньги твоего мужа». Тут уж я не вытерпела: «Откуда им знать, ведь они не пили с ним вместе». Потом он сказал: «Хорошо, ну, а что ты будешь делать, если Адем сюда не вернется?» А я…

Шехназ осеклась, вспомнив свой ответ адвокату: «А я тогда все расскажу и засажу его в тюрьму!»

— Ну? — старуха не спускала с нее глаз.

— Я сказала: «Дай бог ему счастья!»

— Не ври, ишь, покраснела как рак! Если выдала его — сама тоже погоришь. Надеешься, выручит твой адвокат? Все они мошенники. Выудят у человека, что им нужно, и до свидания. Там как хочешь! Аллах свидетель, и ты поболтаешься по тюрьмам, я больше в это дело не вмешиваюсь!

— А за это здорово накажут? — наивно спросила Шехназ.

— Да уж будь спокойна, не поздоровится.

Шехназ тяжело вздохнула, опустила взгляд в землю. Мрачные мысли охватили ее. Теперь она понимала, что выболтала адвокату слишком много, сказала то, чего совсем не нужно было говорить. И потом… Этот разговор происходил в присутствии каких-то посторонних людей, сидевших в его кабинете. А что, если это были переодетые сыщики? В глазах у нее потемнело. Вдруг Адема арестуют? А потом он скажет: «Я не один совершил это преступление. Она тоже кое-что знает!»

Шехназ дрожала от страха.

Старуха не сводила с нее пристального взгляда. Она чувствовала, что Шехназ наговорила много лишнего.

— Погубишь свою молодость в тюрьмах, — причитала тетушка Мухсине. — Я не хочу вмешиваться в это дело. Но попадете вы оба — и Адем и ты! Мы должны знать, что ты сказала адвокату, чтобы найти выход. Говори, не бойся!

Шехназ подняла голову, взглянула на старуху. А что, если и в самом деле сказать ей правду?

— Говори, не бойся. Раз уже беда случилась, что тут поделаешь? Утаишь — еще хуже будет. Ну, конечно, эти пройдохи у тебя все хитростью выудили! Скажи… Ведь Адем должен знать. А то он как слепой, бедняга!

— Что он сделает? Уедет?

— Вот уж этого я не знаю: уедет или останется.

— Возьмет меня с собой?

— Бежать собираешься? Значит, ты рассказала им?..

Шехназ растерялась. Она почувствовала, что не может больше терпеть этой пытки. Она все еще держала руки старухи в своих. Ее руки сразу стали потными. Шехназ заплакала.

— Что мне было делать? Адем обещал вернуться через три дня. Прошло больше недели, а его нет и нет. Дьявол меня попутал… Я не знала, что адвокаты и полиция — заодно. Если б знала, разве бы сказала?

Старуха добилась того, что ей было нужно. Она встала, быстро повязала на голову платок и, даже не обернувшись, пошла к выходу.

Шехназ кинулась за ней и, став в дверях, загородила дорогу.

— Тетушка, тетушка… — взмолилась она, бросившись старухе на шею. — Что бы там ни было, пусть он придет и заберет меня. Мы убежим вместе. Ты знаешь, я без него жить не могу! Скажи, чтобы пришел этой ночью. Я буду его ждать. Хорошо, тетушка? Скажи! Если я умру, то только вместе с ним! Так и скажи!

Старуха что-то пробормотала в ответ и, вырвавшись из ее рук, вышла из дому.