– Тебя послали сюда до начала? – спросил он.

Силоний ответил не сразу, задумавшись. Он чувствовал ловушку в вопросе. Он не сомневался, что Фокрон был искренним в желании понять текущий контекст его миссии, но он также использовал искренность в качестве прикрытия. Стоило сказать часть правды или солгать?

– Нет, – произнёс он. – Я оказался на Терре всего год назад.

– Для этого мы должны были потратить множество активов.

– Несомненно.

– Буду честен, брат. Мой первоначальный параметр миссии не включал дополнение к группе.

– Миссию потребовалось расширить, – ответил Силоний. – Люди-оперативники предоставили тебе эту информацию после пробуждения.

– Они сами получили приказы с обновлённым местом встречи всего за несколько часов перед тем, как разбудить нас.

– Ты спрашиваешь, зачем я здесь?

Фокрон кивнул. – Если желаешь обрисовать в общих чертах.

– Я не знаю. Я узнал, что должен сделать, когда проснулся. Теперь я следую за тобой.

Они молча смотрели друг на друга.

– Мы не можем помочь, не так ли? – спросил Фокрон после долгой паузы. – Ничто, что мы делаем, не проложено по прямым рельсам. Ничто не может быть простым. Никакая правда не должна оставаться доступной.

– Простое легко разрушить, брат. Посмотри на то, что мы уже сделали здесь и увидишь, что мои слова истинны. Под защитой Седьмого легиона сердце Империума должно быть нерушимым и несгибаемым. Но мы здесь.

– Да, мы здесь, – Фокрон покачал головой. – Иногда я завидую им. Я о Кулаках.

– Правда? – Силоний и не пытался скрыть удивление в голосе. Это новая проверка, новое тонкое прощупывание его характера и цели?

– Они всегда удостаивались большей чести, чем заслуживали, вознаграждаемые за очевидные и приложенные усилия, но я не об этом. У них есть самобытность, культура. Они знают кто они и что они. – Он поднял руку и убрал закрывавшую лицо ткань, и повернулся полностью к Силонию. Это был облик лица Альфария, зеркало лица Силония. – Кто мы? Так много надетых масок, так много имён, так много тайн, что жизнь без них забыта.

– Мы такие, какими должны быть, – ответил Силоний. – Мы такие, какими должны быть, чтобы победить. – Фокрон повернулся посмотреть на солнце и кивнул, словно самому себе. Силоний подождал и продолжил, когда Фокрон не ответил. – Ты знаешь, что такое необходимость, брат. Всё не такое, каким должно быть, а такое, каким необходимо быть.

– У тебя ничего для меня нет? Ни дополнительных приказов, ни разъяснений, ни кодового слова?

– Нет, – сказал Силоний.

Фокрон медленно кивнул. Несколько секунд никто из них не двигался. Затем Фокрон повернулся к иллюминатору спиной. Его взгляд заскользил по теням башни. Силоний понял, что пока Фокрон говорил, его обычные движения пропадали. Теперь непрерывные движения вернулись, словно щёлкнули переключатель.

– Храни свои тайны, брат. Я здесь не из-за них. Я пришёл, потому что пора приступать к следующему этапу миссии. Нам нужно подготовиться.

– Что за этап? – спросил Силоний.

– Во внешней меркурианской сфере расположена ретрансляционная станция. Мы атакуем и выведем её из строя.

Силоний покачал головой:

– В сфере внутренней системы десятки главных ретрансляционных станций. Если мы не собираемся атаковать их все…

– Разрушение – всего лишь вторичный эффект, вызванное им замешательство – третичный.

– Какая главная цель? – спросил Силоний, и в этот момент ответ прошептал на краю его памяти.

– Зажечь маяк. Грядёт Вспарывание и мы – его вестники.

– Что означает “вспарывание”? – спросил Инкарн.