— Как мило со стороны всей троицы, — сухо заметила Филиппа. — А этот приятель Кита — что же именно произошло между вами?

Роза поморщилась.

— Да вообще-то, у меня создалось впечатление, что он считал свое внимание ко мне большим одолжением для меня — и что я должна была, ну, показать свою благодарность. А я подумала, что нет, спасибо, мне не требуется никакого одолжения, а если ты считаешь, что мной можно так просто помыкать, потому что я некрасивая, то ошибаешься и должен переменить свое мнение. Во всяком случае, — закончила она неуверенно, — мне кажется, что я подумала именно так. Вообще-то до этой минуты я не анализировала тот случай. А, кроме того, он, кажется, считал, что если он нажмет на все нужные кнопки, я выложу ему товар. Из-за него я почувствовала себя автоматом по продаже фруктов.

Филиппа громко рассмеялась, услышав такое сравнение, и решила его запомнить и пользоваться в дальнейшем самой.

— Роза, милая, — строго предостерегла она, — такого не бывает, чтобы мужик лапал бабу, делая ей одолжение. Эти животные идут на что-то исключительно ради своих потребностей. Никогда не забывай об этом. Мне помнится, один жуткий болван, которого я как-то встретила в гостях… — вскоре они снова погрузились в еду и хихикали, словно две легкомысленные школьницы.

После ужина Филиппа потратила много времени, показывая Розе, как красить глаза и пользоваться румянами.

— У тебя великолепная кожа, и ее не нужно особенно штукатурить. Ты можешь видеть хоть немного без своих очков? Потому что сейчас не успеем заказать новые. Тебе придется включать радар, пока не вставишь контактные линзы.

— Я вижу почти так же и без них, — покаялась Роза.

— Вот и хорошо, — загадочно заметила Филиппа, — поскольку при таком беспорядке в квартире, когда повсюду валяются пакеты и прочее, они почти наверняка бесследно потеряются к среде.

Роза не могла себя узнать, когда Филиппа закончила работу. Глаза, искусно оттененные серо-коричневым, казались теперь огромными. Филиппа продемонстрировала эффект, наложив тени поначалу только на одно веко, чтобы показать разницу. Тонкие румяна подчеркнули хорошую форму скул, а помада теплого тона полноту губ. При убранных под колпак для душа волосах в лице и плечах появилось что-то от классической красоты. Филиппа не ведала пощады.

— Сейчас отправишься в ванную и все это смоешь, — распорядилась она. — Потом вернешься и проделаешь все сама, точно так же. Это трудней, чем может показаться.

На следующее утро Роза снова практиковала пальцы, наложив косметику к полному удовлетворению Филиппы, а затем девушки отправились на поиски обуви — башмаков на деревянной подошве к джинсам, удобных итальянских сандалий, нескольких пар плетеных шлепанцев на плоской подошве и пары туфель на скандально высоких каблуках, в которых Филиппа заставила ее ходить весь остаток дня, чтобы научиться сохранять равновесие. Роза долго отбивалась от этих туфель.

— Я и так достаточно высокая, — стонала она. — А в них я прямо-таки великанша.

— Это крутая вещица для всех низкорослых мужиков — отозвалась Филиппа невозмутимо. — Сражает наповал.

После ланча в универмаге, где Роза купила полный комплект косметики, а также отвела душу на хорошеньком нижнем белье, бикини и махровой простыне, они вскочили в очередное такси, которое высадило их перед матовыми стеклянными дверями, за которыми орудовал тот самый жуткий Спид.