Однако теперь, после взрыва Розы, психология группы драматическим образом сдвинулась. Запруду прорвало. Студенты признались друг другу в том, как они рады, что Мадер получил пинка. Находясь под впечатлением от ясного и вполне научного изложения Розы, ее сокурсники поставили под сомнение правильность многих предрассудков, которые Мадер преподносил им как факты. Вскоре об инциденте стало известно всему колледжу. Репутация Мадера основательно пошатнулась. Если бы Роза заранее знала, что ее выступление заставит Мадера провести пару часов, закрывшись с Поллоком в его кабинете в тот же день, ее решимость могла бы поколебаться. А если бы она оказалась мухой на стене во время этого разговора, то была бы разочарована из-за явного нежелания Поллока защищать ее. Как бы там ни было, Роза вылетела в тот день из здания колледжа с чувством радостного возбуждения. Обычно такая холодная и сдержанная, она испытывала опьянение трезвенника после двойного шотландского виски. Это происшествие, наконец, излечило ее от отвращения к Мадеру, уменьшило его, избавило от одиозности, превратив в нечто, заслуживающее презрительной жалости.

Однако, по мере того как ее ощущение триумфа проходило, поднимали голову более реалистические соображения. Ей придется смириться с тем, что она уж точно утратила свой шанс на дотацию. Мадер сотрет ее в порошок, лишь только получит такую возможность, а его присутствие в комиссии, рассматривающей конкурсные работы, станет теперь гарантией смертельного поцелуя. Если бы она чуть-чуть потерпела и не поднимала головы, то смогла бы сама посмеяться над ним потом и, возможно, выиграть год, проведя его вдалеке от когтей Мадера. Роза подумала, что, если признаться себе честно, то разве выскочила бы она вперед, как сегодня, если бы он нападал на кого-то еще, а не на Алека. Она подумала о других современных художниках, которыми восхищалась, — стала бы она жертвовать собой ради кого-то из них? Пожалуй, нет, вынуждена была она признать. Но ведь ни один из остальных современных художников не повлиял так на ее мировоззрение, в то время как Алек, ее путеводный гений, сделал для нее столько, что она всю жизнь будет ему обязана. Из всех оскорблений, которые он швырял ей в тот ужасный день в «Конноте», нападки на ее честность были самыми болезненными и оставили самый глубокий шрам. Роза вздохнула. Что сделано, то сделано, и теперь ей придется глядеть в лицо последствиям ее собственной глупости.

Роза была рада, что договорилась встретиться с Аймоджин после ланча. К немалому восторгу Найджела, у Аймоджин и Розы с самого начала установились простые, дружеские отношения. Аймоджин, несмотря на свою светскость и умение держать себя, была очень застенчивой. Она постоянно оказывалась помимо своей воли вовлеченной во всякие бурные и веселые компании, поэтому спокойствие Розы казалось ей теперь приятным разнообразием. Роза была уверена, что именно непохожесть Найджела на типичных молодых людей ее круга привлекла поначалу внимание Аймоджин.

Роза даже растрогалась, когда Аймоджин попросила сопровождать ее в экспедиции по покупке одежды. Она не считала себя знатоком в миро моды и пожалела, что не могла взять с собой Филиппу, решив, что это будет не слишком тактично.