Но, как прекрасна эта песчинка! Жар светил, влага Океана, разнообразие животных и растений Леса, ветер Степи, твердь Гор — все это рождается из стихий Огня, Воздуха, Воды, Земли, без которых невозможна Жизнь! Мой Мир особенно щедр. Он одаривает еще и Магией. Но Мир требует в ответ бережного отношения к себе. Не стоит сердить его и беспощадно, грубо, невежественно использовать его богатства, нарушая равновесие и гармонию. Иначе он жестоко отомстит, избавившись от разумных, которые оказались совсем не разумными. Нарушенная экология, которая привела к катастрофе в Горах и широкому распространению токсических веществ, яркие свидетельства этому, и грозное предупреждение. Я не хочу вступать в противостояние со своим Миром, я хочу дружить с ним!

И Мир, как будто, услышал меня. Ласковый прохладный ветер вдохнул в меня свежий воздух, погладил лицо, разворошил волосы. Магия щедро хлынула, заполняя резерв, наполняя меня Силой, даря уверенность, принося радость жизни, вызывая восторг.

Сколько времени я пробыл в этом упоительном, самозабвенном трансе — не знаю. Очнулся, когда небо стало светлеть, гася звезды, создавая яркие краски, рождая новый день, напоминая, что ход времени неумолим.

Полный жажды жизни, энергии, веры в будущее, я вскочил на самокат и рванул к жилищу, где оставил своих друзей.

Стоило только открыть дверь в выделенное нам жилое помещение, как мне навстречу выбежала из комнаты Эли. Подбежав, крепко обхватила меня руками за талию, тесно прижалась и уткнулась мне лицом в грудь. Ее плечи затряслись от судорожных беззвучных рыданий, которые она старалась сдержать.

В первый момент я растерялся. Женские слезы это что-то всегда пугающее. А потом, обхватив ладонью ее затылок, еще крепче прижал к себе и с тревогой спросил:

— Малышка, что случилось? Кто тебя обидел?

Она отрицательно качнула головой и сквозь всхлипывания зашептала:

— Никто не обидел… Тебя долго не было… испугалась, что с тобой что-то случилось… или я тебе надоела… и ты меня бросил… Я так привыкла, что ты всегда рядом… раньше никто и никогда не проводил со мной столько времени… и так не относился… и не заботился…

— Не плачь, моя хорошая, я никогда тебя не брошу, — зашептал я в ответ с благодарной нежностью, растроганный ее страхом меня потерять. Даже сердце защемило. А вот что касается не сердца, а головы, кольнула неприятная мысль — неужели и эта малышка такая же, как все женщины, и ей надо, чтобы я, как привязанный, был все время рядом? — Ты же понимаешь, что я не могу быть всегда около тебя? У меня могут быть важные дела в другом месте, и я могу быть очень занят, — невольно насторожился я.

Она подняла кверху свое заплаканное лицо, вскинула мокрые слипшиеся ресницы, и, глядя на меня удивленными, сверкающими яркой зеленью глазами, ответила:

— Конечно, понимаю. У всех есть дела и личные увлечения, требующие времени и присутствия. Никто не может быть всегда, безотлучно рядом с кем-то одним. Я сама, когда рисую, забываю обо всех, отдаляюсь от всего, что окружает, и практически недоступна контакту. Просто, если можно, ты в следующий раз предупреди, что уходишь надолго. Мне только надо знать, что ты меня не бросил, и я не осталась опять одна.

— В следующий раз обязательно предупрежу, чтобы ты не волновалась. Но иногда заранее невозможно рассчитать сколько времени займет то или иное дело. Поэтому ты должна доверять мне, и знать, что я тебя никогда не оставлю. Тебе просто надо набраться терпения, чтобы меня дождаться. Согласна? — улыбнулся я, радуясь ее пониманию и отношению к делу. Хотя, в то же время начиная осознавать, что мне теперь многое придется менять в своем поведении. Долгие годы живя один, не привык я перед кем-то отчитываться и посвещать в свои планы. Но ради малышки я постараюсь.