Положив ее голову себе на грудь, тихо перебирая пальцами ее мягкие завитки оранжевых волос, испытывая расслабленную негу и удовлетворение, что она рядом, я спросил:

— Ты выйдешь за меня замуж? — теперь, наконец, догадываясь, что ей, наверное, для большей уверенности в себе, во мне и в нашем совместном будущем, нужна какая-то дополнительная, пусть и формальная, гарантия.

— Да, — счастливо улыбнувшись, ответила она.

— Здесь или в Эльфийском Лесу? — уточнил я.

— Лучше в Лесу, — не раздумывая, ответила она. — Там, твои близкие. Для тебя и для них это, наверное, важно. А у меня здесь никого нет. Да и не хочу, чтобы большое число посторонних, а, как я узнала, именно так, при большом скоплении народа проводится у нас здесь обряд соединения пары, смотрели бы на меня, как на какое-то недоразумение. Это ведь только ты считаешь меня красавицей, — прижавшись губами, растянутыми улыбкой, к моей груди, пробормотала она.

— Хорошо, — согласился я. — Но ты действительно красавица, рано или поздно, я заставлю тебя в это поверить. А теперь, ответь, ты родишь мне ребенка? — переключил я ее внимание на то, что всегда особенно волнует женщин.

Она замерла, потом подняла ко мне лицо и, недоуменно распахнув глаза, сказала:

— Я никогда об этом не задумывалась, ведь до последнего времени я и детей-то не видела. Только теоретически знала, что они существуют. — Помолчав и подумав, добавила: — Да, я хотела бы детей. Думаешь, это возможно между нами?

— Никто не знает, — вздохнул я, сам не уверенный в ответе. — Таких прецедентов не было. Надеюсь, что это осуществимо. Мы же так хорошо, буквально, как ключ к замку, подходим друг другу.

— А если нет? — почувствовав мою неуверенность, разволновалась Эли. — Ведь у всех пар есть дети. Наверное, это обязательное условие для длительного совместного проживания?

— Нет, не обязательное, — возразил я. — Есть и бездетные пары, особенно у нас, эльфов. Не каждая эльфийка может родить ребенка. Даже от эльфа. Как ни странно, от орка больше шансов. А сейчас спи, Малышка моя. И прошу, будь осторожной и не такой доверчивой.

— Я осторожна, — виновато ответила она. — Просто, многого не знаю, поэтому и попадаю в такие глупые ситуации, как сегодня.

На следующий день, как и следовало ожидать, меня вызвал к себе Повелитель.

— Лек, ты зачем обидел Вила? Почему не позволяешь ему ухаживать за Эли? Ведь, это же неправда, что ты заберешь ее в Эльфийский Лес?

— Правда, — возразил я, сдерживая опять поднимающееся раздражение, от одной только мысли, что кто-то попытается этому препятствовать.

— Зачем она тебе? — рассерженно спросил Тор. — Если тебя тянет на экзотику, забирай любую другую гномку, я слова не скажу. Вон, как твой орк. Но эта девочка мне нужна. Я же тебе сразу все доходчиво объяснил.

— Повелитель, мне не нужна экзотика, мне нужна Эли. Мы любим друг друга и намерены вступить в брачные отношения, — стараясь быть спокойным, ответил я.

Он недоверчиво изучал меня какое-то время. И, видимо, мое сосредоточенное лицо, решительный взгляд, с вызовом сжатые кулаки, привели его к выводу, что я не шучу, отступать не намерен, и уговоры не помогут. А вступать со мной в силовое противоборство, у него нет таких ресурсов. Он знает, что при желании, я разгромлю здесь все вокруг. Да и себе дороже настраивать против себя Эльфийский Лес, особенно, учитывая мое близкое родство с Королевой и какую-то его личную странную зависимость от моей матери. Я увидел все эти, промелькнувшие в его старых, мудрых глазах, мысли и принятое им решение.