Мое сердце беспокойно забилось. Неужели это то, что я думаю?! Боясь заранее радоваться, я сосредоточился на этом органе и увидел в полости матки крошечную искру Жизни. Она зародилась буквально вчера, когда оплодотворенная яйцеклетка имплантировалась в мягкую слизистую оболочку стенки матки и надежно прикрепилась к ней. Зачатие произошло! Зародыш пока представляет собой малюсенький шарик с жидкостью и содержит быстро делящиеся клетки.

Потерявшись во времени и пространстве, я наблюдал за самым загадочным чудом во Вселенной — завораживающим процессом формирования новой жизни.

Из этого состояния меня вывел встревоженный, настойчиво зовущий голос Эли:

— Александрэль… Александрэль… что случилось?

— Ты беременная, Малышка моя, ненаглядная, — не в силах удержать восторг, со счастливой улыбкой от уха до уха, ответил я, выйдя из транса. И наклонившись, нежно поцеловал ее животик.

— А кто там? — с испугом, недоверчиво спросила она. И уже принимая эту новость, заволновалась: — Мальчик или девочка? Эльф или гном? На кого похож? И как себя чувствует, ему так же плохо, как мне?

— Чувствует себя хорошо. Растет прямо на глазах. А кто, пока не могу ответить, еще слишком крошечный, надо подождать несколько дней.

— Ты рад? — обеспокоенно спросила она. — Сейчас, наверное, не лучший момент для этого?

— Я счастлив. А для рождения детей все моменты прекрасные, и отодвигают любые другие дела и препятствия на задний план, — ответил я, целуя ее в пухлые губки.

И в самом деле, я восхитился и обрадовался тому, что мы до такой степени совместимы. Тому, что у меня будет ребенок — продолжение меня и Эли в будущем. Тому, что моя Малышка теперь от меня никуда не денется, ведь ребенок очень мощная привязка для женщины к отцу ее ребенка. Не то чтобы я в ней сомневался, скорее все ее сомнения в нашем совместном будущем теперь рассеются.

— А как к этому отнесутся твои близкие? — с робостью спросила она.

Да, мне придется еще немало потрудиться, чтобы преодолеть ее неуверенность в себе и привитый ей окружением комплекс собственной неполноценности. А сейчас, надо разъяснить ей кое-что.

— Малышка, тебе надо понять некоторые особенности эльфийского менталитета. Любовь эльфов к детям, несмотря на отсутствие ярких внешних ее проявлений, на самом деле не знает границ, — начал я свой рассказ. — Дети для эльфов высшая ценность, которую мы бережем и защищаем даже ценой собственной жизни. Еще бы! Дети у нас такая редкость, сокровище, которое получает не каждый. Эльфы фанатичные родители. Пока дети не достигнут своего совершеннолетия, родители трясутся над ними и преданно, неистово опекают. Правда, когда дети вырастают и становятся самостоятельными, родительский инстинкт затухает. И все интересы направленные на детей, и тесная эмоциональная связь с детьми, постепенно ослабевают. Родители, вновь, начинают жить собственными интересами. Нельзя сказать, что происходит отчуждение, но родственные узы истончаются. Но пока этот момент не наступил, эльфы за ребенка, хоть своего, хоть чужого, любому, кто несет угрозу, голыми руками сердце вырвут. Это тебе не орки, которые с их безумной скоростью размножения, детей не ценят, — объяснил я ей. — А теперь, давай немножко попьем и покушаем. Тебе нужны силы, а ребенку питание, — сказал я, чуть-чуть стимулируя работу ее желудка, вызывая аппетит и добавляя организму жизненной энергии, улучшая общее состояние.

Уже перед сном, когда Эли стало лучше, мы вновь обсудили ее беременность, все больше и больше осознавая случившееся, проникаясь любовью к будущему ребенку и чувством ответственности перед ним. И встал вопрос. Когда нам уходить в Эльфийский Лес? Сейчас, несмотря на плохое самочувствие Эли и предстоящие трудности долгого, непростого пути? Или дождаться родов здесь, не подвергая риску Эли и малыша? После некоторых колебаний мы решили, что если состояние Эли улучшится, и беременность будет проходить легко, то мы уйдем в Эльфийский Лес вскоре, пока срок беременности небольшой.