– Хотел бы я отказаться, Маргарет, – с горечью отвечал Александр. – Но именно этого я не могу сделать.

– Почему? Ведь это так просто – встать и заявить, что не поднимешь меч на своего брата по оружию!

– А вот почему. Если я откажусь от поединка, мой настоящий брат, брат по крови, заплатит за это страшную цену. – Александр посмотрел на Мег, и она прочла на его лице отпечаток тяжкого бремени, которое ему приходилось нести в одиночестве. Но в глазах тамплиера отражалась стальная решимость. – Деймиен находится в руках инквизиции во Франции. Вот так, миледи, – объяснил он. – Нас обоих арестовали в один день. Но мой брат, черт его подери, отказался подчиниться их требованиям. – Голос Александра прервался. Мег, к своему удивлению, обнаружила, что в глазах рыцаря сверкнули слезы. Прочистив горло, Александр продолжал: – Ты должна понять, что в отличие от меня Деймиен вступил в орден по убеждению. Дело тамплиеров для него превыше всего. Когда нас бросили в темницу, я, чтобы спасти свою жизнь, сказал все, что от меня требовали, а Деймиен не отрекся от своих обетов. Он вообще отказался говорить. Его не сломили побои и голод, которые нам выпали. Тогда инквизиторы, пытаясь выбить из него признание, прибегли к пыткам.

Мег вскрикнула от ужаса. Сострадание смешивалось в ней со страхом, который она уже испытывала за судьбу Ричарда. В глазах Александра отражалась настоящая боль, он продолжал с неподдельной горечью:

– Деймиен очень упрям. Верность – его главное качество. Он ни за что не предаст свои убеждения. Он перенес невиданные страдания и не склонился перед палачами. Так что я не мог поступить иначе и согласился стать бойцом от лица инквизиции в обмен на обещание прекратить пытки. Деймиен ничего об этом не знает. А если бы знал, стал бы презирать меня еще сильнее, чем прежде, когда я отрекся от братства. Но я не могу не попытаться его спасти.

– Прости, Александр, я не знала, – прошептала Мег.

– Это неправедный договор, Маргарет, настоящая ловушка. – Он яростно замотал головой. – Я должен сражаться с Ричардом и постараться его победить. И могу только молиться, чтобы он сделал то же самое и чтобы никто из нас не был убит.

Когда Александр закончил, Мег охватило чувство безнадежности. Все впустую; поединок состоится. Его нельзя остановить.

– Ричард будет с тобой сражаться, Александр, – рассеянно сообщила она, потерла висок и проглотила бессильные слезы. Потом подняла голову и сочувственно улыбнулась Александру. Губы ее дрожали. – И он постарается победить. Потому что на чаше весов его и моя жизнь.

Лицо Алекса исказилось от боли. Он опустил взгляд на свои сцепленные руки и пробормотал:

– Этого я и боялся. – Потом он поднял глаза, и Мег увидела, как на его лице промелькнуло невыразимо обаятельное выражение легкой иронии, которое заставляло трепетать ее сердце в прежние времена: – Ну что ж, миледи, мы снова оказались перед дилеммой, любое решение которой не принесет ничего, кроме горя.

– Да, Александр, – чуть слышно отозвалась Мег. – Похоже, так и есть.

В дверь постучали, затем послышался голос одного из стражников, возвещающий, что бойцы должны приготовиться к поединку. Король уже направляется в большой гербовый зал, а с ним инквизиторы и другие приглашенные на состязание свидетели.