– А я собираюсь, мама, – сообщил Адам. – Хочу служить королю, как служил отец. Но сначала надо, чтобы меня произвели в рыцари, и я должен проявить себя в битве. А где можно всего этого добиться, если не при королевском дворе?

Брэдан резко бросил:

– Ничего еще не решено. Я же сказал, мы обсудим это позже.

– Но, отец, – с горячностью возразил Адам и посмотрел на Брэдана своими выразительными глазами, – моя подготовка закончена. Я способен самостоятельно участвовать в бою. Могу сразиться даже с тобой. – Ричард переводил взгляд с сына на отца. – Я сам хочу пробить себе дорогу в жизни. Ты сам таким был. И дядя Ричард – тоже. Ты же рассказывал! А сейчас настало время и мне…

– Прошу прощения, дамы и господа, – раздался от двери тонкий голос.

Это оказался Джеймс, младший сын дубильщика, который по договоренности был деревенским сторожем. Мальчик явно растерялся от такого обилия людей за столом, он смущенно мял шляпу в руках, пытаясь отыскать взглядом своего господина.

– В чем дело, парень? – спросил Ричард.

– Мы… мы решили, что это важно. И посмели побеспокоить вас. Там всадники, сэр. Скачут со стороны Кента. Быстро скачут.

– Сколько их?

– Всего двое, сэр. – Джеймс с усилием сглотнул и еще сильнее вцепился в шляпу. – Но, сэр, у них королевское знамя! Да-да, красно-желтый лев молодого короля Эдуарда!

Часом позже Ричард стоял на краю сада, который так хвалил Адам, смотрел на заходящее солнце и вспоминал все, что произошло после сенсационного заявления Джеймса. Весь дом пришел в замешательство. Быстро покончили с ужином и убрали со стола, чтобы можно было принять и накормить королевских гонцов. Ричард и Брэдан удалились в хозяйские покои, чтобы ознакомиться с доставленным посланием, а Фиона и Мег присматривали за детьми и пытались определить, где все они будут спать.

Закончив разговор с Брэданом, Ричард отправился подышать свежим воздухом. Ему надо было решить, как действовать теперь, когда его обращение к королю привело в движение разнообразные силы. Следовало переговорить с Мег о той части королевского послания, которая касалась непосредственно ее. В доме невозможно найти место для такого разговора наедине. Оставалось только позвать ее сюда. Одну. Выполняя его распоряжение, она явится очень быстро.

Мысль об этом привела его в приятное волнение, омраченное таким знакомым ощущением вины. Он не имеет права испытывать подобные чувства ни к одной женщине так скоро после смерти своей несчастной жены. Но в нем росло чувство к Мег. Он уже не мог этого отрицать. В ожившей душе росло нечто могучее и доброе.

Это не может ни к чему привести, особенно сейчас, когда король, после стольких лет, приказал ей снова явиться ко двору. Она непременно ухватится за эту возможность покинуть скудную и мрачную жизнь в Хоксли-Мэнор и вернуться к блеску, который был ей знаком прежде.

По рождению она высокородная леди, а он – простой рыцарь. К тому же историю его отношений с женщинами не назовешь успешной. Он не может рисковать. Не может позволить себе глубокого чувства. Не может…

– Вы хотели поговорить со мной, Ричард? – Мягкий голос Мег раздался из-за спины Ричарда.

Он резко обернулся, чувствуя при ее появлении уже знакомое тепло в груди и стараясь набраться сил для предстоящего разговора.

– Надеюсь, я не оторвал вас от важных дел в доме?

– Нет. Мы почти со всем справились, а дети уже укладываются спать.

Ричард слегка отступил в сторону, давая ей место у садовой изгороди, чтобы Мег тоже могла насладиться закатом. Вечернее солнце как-то по-особенному осветило ее лицо, позолотило кожу, подчеркнуло безупречное совершенство ее черт.