– Да, – после короткой паузы ответил француз. На его узком лице отражалось высокомерное презрение к происходящему. – Но при условии, что у нас будет достаточно времени, чтобы подыскать и выставить своего бойца для этого поединка. Мне говорили, что рыцари-храмовники являются элитой этого братства. Сэр Ричард наверняка в совершенстве владеет искусством боя на мечах. Следует найти ему достойного противника. На это нужно время. Пусть будет неделя.

Король коротко кивнул и перевел взгляд на лорда Уэлтона:

– А что скажете вы, милорд? Вы согласны принять условия поединка в том виде, в каком их высказал наш дорогой брат лорд Корнуолл в части, касающейся леди Маргарет? То есть она достается в жены сэру Ричарду, если он окажется победителем, и останется с вами, если сэр Ричард потерпит поражение?

Лорд Уэлтон был явно разгневан, но сдержал свое раздражение и ответил королю так:

– Сир, не могу выразить вам своего разочарования. Я хочу, чтобы вы знали: если сэр Ричард одолеет своего противника, я буду вынужден искать другие пути вознаграждения для сэра Эктора за помощь, оказанную мне и, могу добавить, короне в деле при Туайфорд-Кроссинг. Подобное вознаграждение требует значительных средств и является грузом, который я не в состоянии нести в одиночку.

– Перестаньте жаловаться, граф, и просто ответьте на вопрос: согласны вы принять результаты поединка на тех условиях, которые предложил наш дорогой друг, или нет? – настойчиво проговорил король Эдуард, пресекая все попытки Уэлтона поживиться золотом короны.

– Да, я согласен и приму любой исход поединка, – сердито помолчав, процедил лорд Уэлтон и окинул Ричарда и Мег взглядом, полным ненависти и злобы. – И если все окончится так, как я надеюсь и о чем молюсь, братья тамплиеры окажут мне еще одну важную услугу за последние четыре года, – с жестокой усмешкой добавил он.

Лицо Мег сделалось белым как мел. Ричард напрягся. Он тоже понял, на что намекает этот безжалостный человек.

– Осторожнее, милорд! – прорычал Ричард с бесстрастным выражением лица. Мег, которая так хорошо его знала, поняла, насколько опасен этот тон при внешней сдержанности. – Иначе я, пожалуй, закончу дело, которое прервали эти доблестные стражи несколько минут назад. Не стоит испытывать мое терпение.

Король хмурился, недовольный, что ссора не утихает, а взаимные обвинения и оскорбления продолжаются. Однако, стремясь разрешить дело как можно скорее, он промолчал. Повернувшись к Ричарду, он задал ему тот же вопрос, что и остальным участникам тяжбы. По взгляду Эдуарда было ясно, что в этом случае он расценивает свой вопрос как чистую формальность.

– А что скажете вы, сэр Ричард, на это предложение? Согласны ли вы вступить в поединок с бойцом от инквизиции, чтобы доказать свою невиновность?

– При некоторых условиях.

Король явно не рассчитывал на подобный двусмысленный ответ. Он тихо выругался себе под нос и с раздражением обратился к Ричарду:

– При каких, черт вас подери? При каких?

– Условия касаются леди Маргарет, – твердо ответил Ричард, которого не смущал столь выраженный королевский гнев. – Ваше величество, я отказываюсь ставить ее будущее в зависимость от исхода поединка. Если будет соблюдено это условие, я согласен, – закончил Ричард, прямо глядя в глаза своему сюзерену.

– Это неприемлемо! – Король с раздражением топнул ногой. – Остальные согласились именно на эти условия, и сейчас мы объявляем, что будет так, как предложил наш друг лорд Корнуолл, ибо нам не удалось отыскать другого решения относительно замужества леди Маргарет Ньюком.