Малкольм распахнул дверь и вошел в гостиную. Увидев происходящее, он круто остановился, прищурил глаза, уловил смущение на лицах Леноры и Роберта и резко повернулся к Эштону. Тот снисходительно улыбался.

— Какого черта вам нужно в моем доме? — прорычал он, швыряя в угол шляпу. Малкольму очень хотелось накинуться на Эштона и как следует отделать его, но, вспомнив недавнее поражение, он удержался от этого опрометчивого шага.

— Отец Лирин порезал руку, и ему понадобилась помощь, — пояснил Эштон. — Я и оказал ее.

— Хорошо, а теперь убирайтесь! — Малкольм театральным жестом указал на дверь. — Немедленно!

Эштон лениво пошел к двери и бросил:

— Я пришел без приглашения, так что не стоит упрекать Лирин или отца...

— Ленору! — заорал Малкольм, с силой ударяя кулаком по столу. — И она моя жена! Не ваша!

Снисходительно улыбнувшись, Эштон повернулся и вышел. Очутившись на крыльце, он заметил, что к дому направляются двое всадников. Того, что повыше, он вроде когда-то видел, но где именно, Эштон вспомнить не мог. Может, это матрос с одного из его кораблей? Он пожал плечами. Всех не упомнишь. Их ведь так много.

— Стоило мне выйти... — Малкольм на секунду замолк и дал выход своей ярости: — Стоило мне выйти, как этот негодяй появился в доме! Я не потерплю этого, ясно вам? Я нанял охранников. Теперь этот дом и все, кто в нем находятся, будут надежно защищены от этого типа!

Ленора решила, что уже достаточно долго сидит в экипаже, дожидаясь Малкольма. Было жарко и душно, и кто знает, когда он вернется. Над верхней губой выступили капельки пота, муслиновое платье прилипло к телу. Ландо стояло у тротуара, в точности там, где Малкольм велел ждать себя, но здесь не было и намека на тень, и лошади тоже изнемогали от жары. Они помахивали хвостами, отгоняя назойливых мух, и нервно переступали ногами, порой резко дергая вперед, когда оводы кусали их в морду.

Не в силах терпеть долее и даже забыв в экипаже шляпку, Ленора вышла наружу и велела Генри сказать мистеру Синклеру, если он вообще появится, где ее искать. Малкольм всегда злился, когда его заставляли ждать, и она честно терпела, но больше уж сил нет. Кучер послушно кивнул, а Ленора, обмахиваясь платком, ступила на деревянный тротуар и направилась в ближайший магазин. Стоило ей переступить через порог, как хмурость сменилась улыбкой.

— О, миссис Синклер, доброе утро, — приветствовал ее хозяин. — Как поживаете? Бог знает сколько времени прошло, как я вас не видел!

Ленора попыталась вспомнить этого человека, но, как обычно, у нее ничего не получилось.

— А вы разве знаете меня? — неуверенно спросила она.

— Ну как же, конечно... То есть я хочу сказать... — хозяин заколебался. — Я принял вас за миссис Синклер. Неужели я обознался?

— Да нет, — ответила Ленора. — Наверное, нет.

Смущенный ответом, он пристально вгляделся в нее.

— Вам нехорошо, мадам?

Она снова стала обмахиваться платком, на сей раз более методично.

— Наверное, жара.

Хозяин гостеприимно указал на стулья, стоявшие у стены в дальнем углу магазина.

— Может, отдохнете немного?

— Да нет, я и так слишком много сидела. — Ленора благодарно улыбнулась. — Я ждала в экипаже мужа. Похоже, он задерживается.

Хозяин сочувственно кивнул.

— Бывает.

Ленора оглянулась. Как бы спросить у хозяина, как его зовут, и при этом не раскрыть секрет своей болезни? Он и так явно сбит с толку ее вопросами.

— Я тут собираюсь составить список всех своих знакомых в Билокси. — Ленора и впрямь имела это в виду, чтобы проверить память. — Разумеется, вы должны быть в нем.