— Господа, вас явно ввели в заблуждение, — почти добродушно произнес Эштон.

Хорэс попытался было что-то произнести, но у него снова пересохло во рту, на сей раз от страха. Ему приходилось слышать, что у Эштона Уингейта есть привычка опрокидывать столы на тех, кто хочет ему каким-либо образом досадить, но что придется столкнуться с таким приемом, да еще в качестве вожака, он не предполагал. Понимая, что всем им может прийтись несладко, Хорэс только стоял да помаргивал глазами.

Прямо в него уперся взгляд карих глаз.

— А вас — более всего, мистер Тич.

— Что? — больше коротышке ничего не удалось выговорить.

— Дама, о которой вы так неосмотрительно говорили, — моя жена, и вам следовало бы знать, что силой от меня ничего добиться нельзя, особенно если речь идет о том, что мне дорого.

— Если это ваша жена, почему мы никогда раньше ее не видели? — вопрос исходил от бородатого мужчины с гнилыми зубами, стоявшего где-то в глубине толпы.

— Если у шерифа Доббса есть ко мне вопросы, я готов на них ответить, но вам я ничего не обязан объяснять.

— Ну, конечно, шериф его приятель. Старина Доббс в этом доме и мухи не обидит. Нет, если мы хотим, чтобы все было по справедливости, надо самим заняться этим делом.

Толпа снова загудела в знак согласия.

— Вот именно! Может, она как раз и прикончила привратника, и Бог знает, кто у нее на очереди. Может, кто-нибудь из наших.

— Точно! Если он не хочет выдать ее добром, возьмем сами!

Толпа двинулась к подъезду, но тут вперед выступил Джадд. Он выхватил из-за пояса пистолет и угрожающе наставил дуло на толпу. Нападающие попятились.

— Мистер Эштон вроде бы никого из вас не приглашал в этот замечательный дом, — почти дружески произнес он, обнажая в широкой улыбке белоснежные зубы. — И на вашем месте я бы поостерегся пачкать это чистое крыльцо своими грязными башмаками. Мистер Эштон не любит, когда его злят. Он может приказать мне немножко пострелять. Будет та еще каша, но мне придется делать, что велят. Ведь он хозяин. Понятно?

— Ты сам лучше пошевели мозгами, черная образина! Попробуй только убить белого — и тут же окажешься на виселице. Так что лучше остерегись.

Джадд по-прежнему улыбался.

— Вам, мистер, этот совет не поможет, ведь, когда меня схватят, вы будете уже глубоко под землей.

— Смотрите-ка, эта обезьяна еще и заносится! — осклабился какой-то взлохмаченный оборванец. — Можно подумать, что он наследный принц.

— Нас тут достаточно, чтобы справиться с ними, — послышался голос откуда-то сзади.

— Знаете, в прошлом году я видел, как эта парочка обработала старину Сэла, — осторожно возразил кто-то. — Так что не стоит горячиться.

— Хороший совет, господа, — откликнулся Эштон. — Подумайте, не стоит принимать поспешных решений.

— Вам нас не запугать, мистер Эштон, — произнес дородный мужчина. — Сейчас мы вас с этим черномазым в пудинг превратим.

Эштон поднял руку и плавно провел ею слева направо.

— Вы, ребята, лучше осмотритесь, а то худо придется.

Где-то позади люди стали подталкивать друг друга, обеспокоенно глядя по сторонам. Шеи неожиданно одеревенели, челюсти отвисли. Если появления черного гиганта было недостаточно, чтобы погасить воинственный пыл толпы, то последующая сцена была поставлена так, чтобы довершить дело. С обеих сторон дом обтекала шеренга черных. У одних в руках были косы, у других вилы и топоры, третьи раздобыли где-то пистолеты или другое пригодное для боя оружие.