— Он обманет вас, Цунаде-сама, он наверняка хочет втянуть вас в какую-то гнусную затею! Может, он планирует с вашей помощью навредить Конохе!

Старшая из женщин раздражённо поморщилась, почерк у деда и так паршивый, а тут и ученица никак не даёт сосредоточиться. Пожалуй, придётся ей рассказать последние новости — Цунаде сама была расстроена нападением на родное селение, но, по некоторым причинам, не торопилась возвращаться туда, где, возможно, пара первоклассных медиков требовались, как воздух. Вернуться придётся, но только тогда, и на тех условиях, которые она сама продиктует.

Но ничего рассказать Цунаде просто не успела — с жутким грохотом местная достопримечательность, крепость наместника дайме, обрушилась от одного-единственного чудовищного удара. Когда облако пыли осело, стали видны два человека, стоящие на голове змеи чудовищных размеров. Одного из них, молодого, сероволосого, в неудобных круглых очках и протекторе со знаком ноты, Цунаде, похоже, когда-то видела мельком в госпитале. А вот второго, мертвенно-бледного, длинноволосого, с повязками на руках и явственным безумием в глазах, предпочла бы и вовсе никогда не видеть!

— Я нашёл тебя!

— Не-ет! — Простонала Шизуне, роняя поросёнка на землю. — Ещё один!

Последняя из Сенджу невольно содрогнулась, поняв, какие специфические выводы сделала ученица. Что за глупости! Ну да, второй отступник за какую-то пару дней, тоже очень опасный, и однозначно тоже нуждающийся в медицинской помощи. Но разве можно сравнивать Итачи и это… эту ползучую тварь?! Во всяком случае, уж спать-то с Орочимару она точно не будет!

— Давненько не виделись, Орочимару. Только не говори, что заявился поговорить о старых деньках.

С неожиданным для медика злорадством она подмечала детали. Пульс учащён, открытые участки кожи влажны от пота — бывший соратник явно испытывает боль, на то же указывает и его неумеренная агрессивность, хотя змею он и отпустил, сразу, как только заметил женщин. Руки плотно забинтованы, но свободно свисают. Похоже, слухи о проклятье, которым наградил третий неверного ученика во время эпохальной встречи, вполне оправданы. Жаль, что Итачи слишком быстро узнали в родном селении, и он не сумел выяснить подробности.

Как ни странно, воцарившуюся на минуту тишину нарушил самый молодой шиноби, тот самый сероволосый:

— Цунаде-сама, должно быть, вы уже догадываетесь…

— Обратись к кому-нибудь другому. Я уже давно не занимаюсь медициной! — Отрезала блондинка, с неудовольствием наблюдая мимолётное удивление на лице Шизуне. Девочке катастрофически не хватает опыта! Её же могут читать, как открытую книгу, а умение лгать для шиноби не менее важно, чем умение убивать.

— Мы не можем этого сделать. Для начала, хотя бы оцените серьёзность повреждений! Никому больше не под силу исцелить эти руки, только вам, Цунаде-химе.

— Значит, повреждения твоих рук необычны? И что же ты натворил, чтобы получить их? — Сейчас Седжу было просто интересно хватит ли Белому Змею наглости признаться в преступлении. Хотя, что скрывать, интересно было и то, что же всё-таки удалось сделать Третьему, Профессор был настоящим коллекционером дзюцу, и среди них попадались на редкость пакостные.

— Да ничего особенного… Я был ранен, когда убивал Третьего.

Похоже, пределов наглости Белого Змея не знали даже бывшие сокомандники!

— Не надо на меня так таращиться! Ничто не вечно, в конце концов. Это относится и к людям. Ты, наверное, знаешь, о чём я говорю… потому что позволила умереть двум самым любимым людям в твоей жизни!

Цунаде до крови прикусила губу и сжала кулаки, вдруг поняв, что он пялится на ожерелье.