— Зачем такой слабак понадобился Орочимару-сама? Кимимаро имеет гораздо больший потенциал! Но оставаясь в этой дерьмовой деревне, ты так и останешься таким же слабаком, как и все окружающие! Ты никогда не станешь сильнее. Ты гниёшь, растрачивая свой потенциал на игры с этими глупцами!

Рядом объявилась Таюя.

— Идём с нами. Орочимару-сама даст тебе силу! Бесполезно уводить тебя насильно, ты должен решить сам.

Да ну, не верю. Значит, если я откажусь, меня отпустят? Ха-ха три раза! Мне достаточно поглядеть на гнусно ухмыляющегося паука. А несколько фанатичное лицо красноволосой вдруг резко утратило для меня всякую привлекательность. Змей явно для неё значит очень многое… А вот я довольно брезглив, терпеть не могу баб, склонных к извращениям. Обожать это пресмыкающееся… фу!

— Ты идешь? Или нет! — Сакон, похоже, потерял терпение, и отшвырнул меня. Тварь, прямо о всё ту же стенку!

— Скажи прямо! — Ага, это паук. Да уж, уговоры у них… специфические. Убедительны, как дыба палача.

— Мне хочется убить этого слабака за его нерешительность! — А с тобой, Сакон, мы ещё пообщаемся…

Я активировал глаза. В принципе, мне ничего другого и не оставалось. Тай бесполезен, если противник держит твои лучшие удары, Нин… Так я ещё сам не разобрался, что это за звуковые техники, теоретически — подвид Воздуха, но запускаются они быстрее, чем простейший Огненный Шар! Значит, проверим вас на Гендзюцу… жаль только, что таких монстров простейшие иллюзии, вроде «кошмара» или «поворотного», не впечатлят, и не остановят. Придётся работать всерьёз. Не зря же я десяток раз читал свиток Шисуи о самоподстраивающихся блоковых Гендзюцу, и тренировался на подвыпивших бузотёрах. Это смесь психологии, программирования и гипноза, когда ты вкладываешь в иллюзию не конкретную картинку, которая может и не убедить реципиента, а целый блок вариативных слайдов, из которых подсознание противника само выстраивает цельный образ. Пугающий или приятный, как повезёт…

Противники напряглись, увидев засветившиеся Шаринганы, но не отступили. И даже взгляды не отвели, идиоты любопытные. Мне же лучше!

Один… Второй… Третья! Голова болела, глаза едва не лезли из орбит, и слезились. Никогда я ещё не вкладывал в Гендзюцу столько чакры, как гвозди забивал! Но — жить захочешь, ещё не так выпучишься!

Сакон пошатнулся и с трудом удержал равновесие. Кидоумару хрипел, причём четыре его руки вцепились ему же в глотку, а вот две оставшиеся пытались разорвать хватку. Таюя стонала, но раскрасневшееся лицо и руки, елозящие по вполне определённым местам на теле, подсказывали, что девушке не больно, а, скорее, слишком приятно!

Вот и ладушки… Проняло всех, не уверен, что надолго, поэтому придут в себя не все. Пожалуй, лучше всего пойдёт Чидори, эта избыточно мощная техника с гарантией проймёт даже таких крепких сволочей!

— Эй, Сакон, что с тобой? Сакон, отзовись! — Очень знакомый голос заставил меня замереть. Какого биджу?!

Тело сероволосого чуть повернулось, и я с трудом удержался от ругательств, рассмотрев вторую физиономию врага. Сам же подозревал, что у этого урода есть вторая голова, но даже и не подумал воздействовать Гендзюцу на вторую! Давно ведь усвоил, что в этом мире нет ничего невозможного! А сейчас, когда вокруг ладони уже концентрируются молнии, сосредоточиться на иллюзиях не удастся.

Я ринулся в атаку за миг до того, как запасная голова сообразила, что происходит, и заорала «Кай». Правда, целью выбрал не Сакона, как планировал изначально, а многорукого.

Вырванный из Гендзюцу Кидоумару дёрнулся в сторону, но до конца уйти не успел.