Изменить размер шрифта - +
Он готов был умереть за нее. И вовсе не из благородства и других высоких побуждений. Он готов был умереть за нее потому, что она была для него его жизнью. Сколько уже успело отложиться в его сердце... Он никогда не забудет, как она плыла на баркасе своего отца и везла ему клеймор его отца. Он никогда не сможет забыть выражение ее лица, ее глаз, когда она смотрела на него то дерзко-вызывающе, то любовно... ну, может, не совсем любовно, но все-таки...

– Элинор, ты красивая женщина, ты для меня значила так много, несла мне умиротворение и покой много лет... Однако...

Она отстранилась и внимательно посмотрела на него.

– Ты любишь свою жену? – шепотом спросила она.

– Мне очень жаль...

Она улыбнулась.

– Не надо... Какая удивительная ситуация.

– Ты мне дорога, Элинор. Ты это знаешь. Я не хотел причинить тебе боль...

– Я знаю, что ты очень по-доброму относишься ко мне, Уорик. Знаю, что я значила для тебя. И конечно же, мне сейчас очень больно. Потому что я хочу тебя. Хотя мне не хочется быть с мужчиной, который желает другую женщину... И все же...

– Все же?

– Если когда-либо разлюбишь свою жену, прошу тебя, мой славный лэрд, возвращайся ко мне. Я буду здесь.

– В будущем все может измениться.

Элинор дотронулась до щеки Уорика и легонько поцеловала его в губы. Затем освободилась из его объятий и ушла, оставив Уорика с тяжелым сердцем.

 

Согласно обычаям кельты брили щеки, но отпускали усы. Норманны, как правило, предпочитали быть чисто выбритыми. Древние англосаксы в понимании Ульрика были простаками, отпускающими волосы по всему лицу. Впрочем, викинги тоже любили отращивать длинные волосы и бороды, и когда Ульрик находился в лагере Даро, он носил бороду. Сейчас он побрился, волосы подстриг на норманнский манер и, посмотревшись в ручное зеркало, решил, что сильно изменил свою внешность.

Он принарядился, готовясь нанести визит дочери своей кузины Энн Холлстедер, теперь жене Даро Торссона. Старинная семья в Дании относилась к аристократическим. Они правили владениями в Нортамберленде в Британии, а если бы Ренфрю захватил земли Макиннишей более десяти лет назад, отец Ульрика правил бы неподалеку и Ульрик был бы наследником его владений. Но из-за вмешательства некоего юного наглеца отцы Ульрика и Ренфрю были убиты, и все оказалось потеряно. Его наследникам оставалось лишь грызть землю. Сын Ренфрю, которого звали Этьен, все последнее десятилетие был занят тем, что пытался вернуть потерянное отцом. Из тщедушного и трусоватого юноши Этьен превратился в хитреца, заручившегося поддержкой соседей благодаря умению давать лживые обещания и строить интриги. С помощью женитьбы Этьен завладел богатыми землями к западу от места своего обитания. Бедняжка жена умерла после рождения их единственного сына. Ходили слухи, что она была отравлена. Так или иначе, Этьен получил возможность взять вторую жену, которая одарила его поместьями в Фиффене и Хоаре и соответственно доходами от них. Высокий, худощавый, красивый, умный, Этьен был никудышным воином и мечом владел из рук вон плохо, однако он был в состоянии купить сотни мечей и ценой гибели многих рыцарей, находившихся у него на службе, еще более увеличил свои владения, конфисковав в свою пользу земли погибших и не оставивших вдов и детей. Он умудрялся забирать себе дома и земли рыцарей, объясняя это тем, что они задолжали ему, поскольку использовали дорогостоящих боевых коней и амуницию. Этьен умел наблюдать и выжидать. Он держал при себе Ульрика, чтобы знать, что происходит на границе. Ульрику были известны все перемещения войск Стефана, Давила и Матильды. Этьен выбирал момент, а Ульрик возглавлял отряды и бросал их, порой вопреки воле ведомых, туда, где они могли причинить неприятности Давиду, который вынужден был менять свои планы и реагировать на их действия.

Быстрый переход