– А она… жива? – тихо спросил Рилд. Квентл и остальные жрицы гневно воззрились на Мастера Оружия, но он продолжал, не обращая на них внимания: – Я хочу сказать, если бы ее убил какой-нибудь другой бог, или она заболела, или оказалась в заточении, мы бы об этом узнали?

 – Ах, если бы нам так повезло! – рассмеялся Тзирик. – Нет, Ллос все еще жива, насколько можно так говорить о богине. А что до того, сама ли она забралась на Дно Дьявольской Паутины или ее загнала туда какая-то сила, Вараун ничего не сказал.

 – И когда это кончится? – спросила Халисстра.

 – Опять-таки Вараун не знает или не хочет, чтобы я знал, – ответил Тзирик. – Возможно, лучше было бы спросить, а кончится ли это вообще? Ответ на это – да, это кончится в свой срок, но, чтобы вы не слишком радовались, должен вам напомнить, что у богов могут быть свои, очень отличные от наших представления о том, что значит приемлемый срок. Возможно, Господин В Маске говорил о том, что случится завтра, через месяц, через год, а может, через сто лет.

 – Мы не можем ждать так долго, – пробормотала Квентл. Ее взгляд стал далеким, словно она вглядывалась в происходящее в родном Мензоберранзане. – Решение нужно найти быстро.

 – Тогда выберите для поклонения более заботливое божество, – отозвался Тзирик. – Если это вас интересует, я был бы счастлив обстоятельно побеседовать с вами о достоинствах Господина В Маске.

 Квентл ощетинилась, но сдержала язык – удивительный подвиг самообладания для жрицы Бэнр.

 – Не стоит, – отказалась она. – Не посоветовал ли Господин В Маске нам еще чего-нибудь, жрец?

 – Да, действительно, – ответил Тзирик. Он изменил позу, подавшись вперед, чтобы смысл его слов лучше дошел до Квентл. – Это его собственные слова, сказанные им мне, так что слушайте внимательно: «Детям Паучьей Королевы лучше было бы спросить ее саму».

 – Но мы пытались! – вскричала Халисстра. – Все мы, но она не слышит нас.

 – Думаю, он имел в виду не это, – произнесла Данифай. – Мне кажется, Вараун говорит о том, что мы больше не узнаем ничего, пока не отправимся на Дно Дьявольской Паутины и не вымолим ответ у самой богини.

 Тзирик молча смотрел на мензоберранзанцев. Квентл расхаживала взад и вперед, обдумывая эту мысль.

 – Паучья Королева требует от своих жриц определенной инициативности и уверенности в себе, – произнесла настоятельница Арак-Тинилита, – но она также требует и покорности. Явиться к ней в ее божественную обитель в ожидании ответов… Ллос не обрадуется такой наглости.

 Халисстра молчала, отчаянно размышляя над тем, что предлагал Тзирик. Путешествия на другие Уровни существования, разумеется, не были чем-то необычным. В конце концов, заклинание Фарона перенесло отряд через Уровень Тени, и существовало великое множество других миров, которых могли достигать смертные, вооруженные соответствующей магией, – там были ад и небеса, чудеса и кошмары, неведомые в физическом мире, но мысль о том, чтобы попытаться совершить такое путешествие без прямого приглашения Ллос приводила Халисстру в ужас.

 – Если мы не сумеем правильно понять волю богини, наказание будет воистину суровым, – сказала Халисстра.

 – Разве мы не услышали уже волю богини? – спросила Данифай. – Она своим молчанием направила нас сюда и подвела к этому вопросу, так же верно, как если бы вложила прямое приказание в наши сердца. Возможно, она рассердится, если мы этого не сделаем.