– То же было и когда я пробовал в первый раз, – сказал Тзирик.

 Квентл грозно насупилась, но сумела сохранить спокойствие, отпустила руку Данифай и ухватилась за Джеггреда.

 – Фарон, как ты думаешь? – спросила верховная жрица.

 Маг приподнял брови, видимо удивляясь, что Бэнр советуется с ним, и ответил:

 – Все это весьма похоже на правду. Если мы решим перенести наши души на Астральный Уровень, то сможем прямо с него попасть в Абисс. Нам действительно лучше пересечь астральное море и явиться во владения Ллос в виде душ. Возможно, тот загадочный барьер, с которым мы столкнулись, не препятствует подобным вторжениям. – Маг оправил одежду, размышляя. – И это может объяснить, почему вызванным нами демонам фокус тоже не удался. Они не передвигаются между Уровнями в астральном виде, поскольку не имеют души.

 Квентл пробормотала что-то себе под нос, скрестила руки на груди и снова повернулась к Тзирику.

 – Хорошо, – сказала она. – Ты меня убедил. Где ты намерен оставить наши тела?

 Тзирик подошел к стене часовни и нажал на шляпку одного из гвоздей. За бронзовой маской Варауна оказалась потайная комната. Она была небольшой, но в ней тесным кругом стояло восемь шикарных диванов, возможно сохранившихся еще с той поры, когда крепость служила домом наземным эльфам Кормантора, составленных изголовьями друг к другу.

 – Лишь считанные единицы из моих людей знают о существовании этой комнаты, – пояснил жрец, – и я велел им не входить сюда столько времени, сколько понадобится. Здесь вы можете ничего не бояться.

 Рилд, стоящий чуть позади Джеггреда, отвернулся от Тзирика и жестами, украдкой показал Фарону и Халисстре:

 – Значит, если наши души погибнут, когда мы будем в астрале, мы вернемся в свои тела. А что будет с душой, если кто-нибудь всадит нож в тело?

 – Смерть, – знаками ответил Мастер Магика. – Любой осмотрительный маг сначала убедился бы, что его тело находится в безопасном месте под заслуживающей доверия охраной. А уж потом посылал бы свою душу куда-нибудь на другой Уровень.

 Рилд состроил гримасу, но ничего не сказал.

 Компания вслед за Тзириком вошла в комнату. Халисстра смотрела на старый диван перед собой с некоторым трепетом, понимая это, но не в силах отвести взгляд. Не только ей диваны представились скопищем гробов: у Квентл, должно быть, возникли такие же мысли.

 Она взглянула с дивана на Тзирика и заявила:

 – Мы оставим охрану. Кто-нибудь, кому я доверяю, станет сторожить наши тела, пока я не вернусь, так же как, кто-то, кому доверяете вы, станет присматривать за вашим.

 – Ах, – ответил Тзирик, – вы истинная темная эльфийка. Делайте, как хотите.

 – Может, он собирается натравить на того, кого мы оставим, весь замок, – рыкнул Джеггред. – Лучше оставить двоих, а может, и троих.

 – Единственной задачей нашего стража до того, как с ним расправятся, будет перерезать глотку Тзирику, – заметил Фарон. – Вопрос в том, кто останется?

 Квентл покосилась на Рилда, потом ее взгляд скользнул к Халисстре. На мгновение Халисстра испугалась, что Квентл хочет оставить ее здесь, чтобы не допустить ее встречи с Ллос, но, хотя сердце ее и колотилось от мрачных предчувствий, она понимала, что меньше всего Бэнр захотела бы – во всяком случае, если она действительно рассматривает Халисстру как угрозу – оставить Меларн в полном сознании наедине со своим беспомощным телом. Квентл прищурилась, обдумывая то же самое соображение, и повернулась к Джеггреду.