Вот оно!

– «Приход Ночи», – торжествующе произнес Биней.

Опять никакого результата – во всяком случае очень долго.

Наконец, спустя целую вечность, ворота открылись и впустили его.

Он миновал пристройки и увидел овальную металлическую дверь в убежище, врезанную в грунт под углом в сорок пять градусов. На него уставился еще один зеленый глаз. Сколько можно проверять? Ну, что ж поделаешь.

– Я Биней 25-й, – снова представился астроном, приготовившись к долгому ожиданию.

Но дверь тут же поехала вбок, и Биней увидел перед собой бетонированный вестибюль Убежища. А в десяти ярдах от него стояла Раисста 717-я.

– Биней! – крикнула она, бросаясь к нему. – Ох, Биней, Биней…

Они еще ни разу с тех пор, как заключили свой контракт два года назад, не расставались дольше, чем на полдня. А теперь прошло уже несколько суток.

Биней обнял свою стройную подругу, крепко прижал к себе и долго не отпускал.

И лишь потом спохватился, что они так и стоят на пороге.

– Пожалуй, надо запереть дверь, – сказал он. – Вдруг за мной кто-нибудь шел? Я не думаю, но…

– Это неважно. Здесь никого нет, кроме нас.

– Что?

– Все ушли еще вчера. Как только взошел Онос. Меня тоже звали, но я сказала, что дождусь тебя, и дождалась.

Биней недоуменно уставился на нее. Только теперь он увидел, какой у нее усталый, измученный вид, как она исхудала. Всегда ухоженные волосы сейчас висели нечесаными прядями, бледное лицо лишено было всякой косметики. Глаза опухли и покраснели. Она как будто сразу состарилась на пять или десять лет.

– Раисста, сколько времени прошло со дня затмения?

– Сегодня третий день.

– Три дня. Я, в общем, так себе и представлял. – Его голос звучал необычайно гулко. Биней заглянул через плечо Раиссты в покинутое Убежище. Пустынный бункер освещали электрические лампы. Нигде ни души. Биней вовсе не ожидал этого. По плану все должны были оставаться здесь, пока можно будет безопасно выйти. – Куда же они ушли?

– В Амгандо.

– В Национальный парк? Да он же в сотнях миль отсюда! С ума они, что ли, сошли – покинуть укрытие на другой же день и отправиться куда-то через всю страну? Знаешь ли ты, Раисста, что творится снаружи?

Парк Амгандо был заповедником дикой природы далеко на юге – там жили на свободе разные животные и заботливо сохранялись редкие образцы местной флоры. Биней был там когда-то в детстве, с отцом. Это была совершенно пустынная местность, в которую вели только пешие тропы.

– Они решили, что там безопаснее, – сказала Раисста.

– Безопаснее?!

– Прошел слух, что все люди в здравом уме, желающие участвовать в восстановлении общества, должны собраться в Амгандо. Будто бы туда отовсюду сходятся целые тысячи. В основном из разных университетов. И члены правительства тоже.

– Прекрасно. Орды профессоров и политиканов вытаптывают заповедник. Раз рухнуло все остальное, почему бы не разделаться с последним клочком нетронутой земли?

– Не это важно, Биней. Важно то, что парк Амгандо – в руках здравомыслящих людей и что он – островок цивилизации посреди всеобщего безумия. И этим людям известно о нас, они пригласили нас присоединиться к ним. Мы проголосовали, и две трети были за то, чтобы уйти.

– Две трети, – буркнул Биней. – Вы, хоть и не видели Звезд, все-таки умудрились спятить. Подумать только – бросить Убежище и отправиться на трехсотмильную прогулку – или сколько там миль, пятьсот? – через полнейший хаос.