Спешно подошел капитан Харли. Высокий, широкоплечий ирландец с рассеченным левым глазом, он казался сжатым в кулак вокруг этой бело-голубой безделушки у себя на лице.

— Прошу прощения, комендант, но вам здесь быть не следует, — сказал Харли, обращая злобный правый глаз на Лава. — Я отдал приказ очистить этаж. При всем моем уважении это касается и вашего гостя.

— Так нашли вы бомбу или нет? — спросил Смит.

Харли покачал головой.

— Люди все еще там шарят.

— А со всем этим народом что вы намерены делать? — спросил Смит, наблюдая за последними ходоками, которых гуртом выгоняли в лестничный колодец. Среди них выделялся очкастый молодой человек мрачного вида, зачем-то закутанный минимум в пять-шесть слоев одежды.

— Мы отводим их вниз, в полицейский участок…

— Отправьте-ка лучше всех этих добрых людей в «Недикс». И проставьте им за мой счет апельсиновые коктейли. Ни к чему, чтобы они толпились на тротуаре и черт знает о чем там болтали. — Смит понизил голос до заговорщического шепота, даже в таких обстоятельствах не лишенного определенной приятности. — Нет, — продолжил он. — Даже не так. Вот что я вам скажу. Пусть один из ваших парней проводит их в «Кинс», ага? Скажите Джонни или кто там сегодня, чтобы он проставил им славную выпивку за счет Эла Смита.

Харли молча просигналил одному из своих людей, отправляя его следом за эвакуируемыми.

— Если не найдете эту ерундовину за… — Смит опять сверился с часами, — за десять минут, очищайте также двадцать третий, двадцать четвертый, двадцать шестой и двадцать седьмой. Пошлите их всех в… Гм, не знаю куда. В «Стауфферс» или еще куда-нибудь. Понятно?

— Ток точно, комендант. Сказать правду, я собирался ждать только пять минут, прежде чем эвакуировать другие этажи.

— Я верю в М'Нотона, — сказал Смит. — Пусть будет десять.

— Хорошо, ваша честь, теперь осталась только одна проблема, — продолжил капитан Харли, потирая мясистой ладонью сперва подбородок, затем всю нижнюю половину лица, где затем остался пятнистый румянец. Это был характерный жест большого и сильного мужчины, сражающегося с естественной потребностью порвать кого-то в мелкие клочья. — Я как раз этим занимался, когда услышал, что вы спускаетесь.

— В чем дело?

— Один из них не хочет выходить.

— Не хочет выходить?

— Некий мистер Джо Кавалер. Приезжий парнишка. На вид не старше двадцати.

— А почему этот малый не выходит? — поинтересовался Эл Смит. — Что с ним такое?

— Он говорит, у него слишком много работы.

Лав прыснул и тут же отвернулся, не желая оскорблять своим весельем полицейского или самого президента корпорации.

— А, черт, да будь он трижды… гм, в общем, выведите его, — процедил Смит. — Понравится ему это или нет.

— Я бы с удовольствием, ваша честь. Но к несчастью… — Харли осекся и еще немного потерзал свою физиономию здоровенной ладонью. — Мистер Кавалер сумел приковать себя наручниками к чертежному столу. Свою лодыжку, если точнее.

На сей раз мистер Лав ухитрился замаскировать свой смех приступом кашля.

— Что? — Смит ненадолго закрыл глаза, затем снова открыл. — Как он, черт побери, сумел это проделать? Откуда он эти наручники взял?

Тут Харли густо покраснел и пробормотал едва слышный ответ.

— Что? Не слышу? — рявкнул Смит.

— Это мои наручники, ваша честь, — признался Харли.