— Правда, классно? — прошептал он. Раз Джо шептал, значит, что-то такое готовилось. Затем он взглянул на часы. — Черт, уже пять часов. Ладно, кент, мне пора.

— «Кент»?

— Ну да, «кент». Это как «приятель». «Где твой клиент, кент». «Эй, кент, лови момент». А ты никогда так не говоришь?

— Нет, я никогда так не говорю, — сказал Сэмми. — Так, Джо, только негры говорят. Этель ждет нас примерно к шести.

— Ага, ладно. К шести.

— Это через час.

— Ага.

— Ведь ты туда идешь? — спросил Сэмми.

Мистер Кобб повернулся на стуле и хмуро на них глянул. Они тут же прикрыли рты. Джо мотнул головой в сторону двери. Сэмми встал и последовал за ним в коридор. Закрыв тяжелую дверь студии, Джо привалился к ней плечом.

— Джо, ведь ты сказал, что придешь.

— Нет, я был очень осторожен и этого не сказал.

— Хорошо, точный текст я не помню, но прозвучало примерно так.

— Сэмми, пожалуйста. Не надо меня заставлять. Я не хочу туда идти. Я хочу пойти погулять с моей девушкой. Я хочу развлечься. — Тут Джо покраснел. Развлечение по-прежнему оставалось таким занятием, на которое ему трудно было признать себя способным. — Я не виноват в том, что у тебя никого…

Дверь студии резко распахнулась, отбрасывая Джо к стене.

— Извиняюсь! — сказал Трейси Бэкон, осторожно оттягивая дверь назад, чтобы посмотреть, что сталось с Джо. — Священное Око Лунного Опала, с вами все хорошо?

— Да, спасибо, — отозвался Джо, потирая лоб.

— Я так чертовски спешил сюда выбраться, что даже не смотрел, куда пру! Я боялся, что вы двое можете уйти, прежде чем мне выпадет шанс поговорить с мистером Клеем.

— Ага, поговорить! Вы тут говорите, — сказал Джо, хлопая Бэкона по плечу, — а я пойду. К несчастью, я должен идти. Знаете, мистер Бэкон, очень рад был с вами познакомиться. По-моему, вы идеальный Эскапист.

— Большое вам спасибо.

Джо выпрямился.

— Ну вот, — произнес он в отчетливо немецкой манере. Стараясь, чтобы Бэкон оставался стоять между ними, Джо неловко сделал Сэмми ручкой, после чего обогнул актера и резко метнулся в конец коридора. Однако, прежде чем исчезнуть на лестнице, он остановился и оглянулся. Затем Джо посмотрел Сэмми прямо в глаза, словно не сходя с этого места собирался рассказать ему обо всех нехороших поступках, какие он за всю свою жизнь успел натворить. Но в следующую секунду он лишь в манере Мелвина Парвиса сверкнул своей табличкой с пропуском и был таков. Насколько знал Сэмми, это было максимальное извинение, на какое Джо только мог сподобиться.

— Ну вот, — произнес Бэкон. — Куда это он так лихо улепетнул?

— К своей девушке, — ответил Сэмми. — К мисс Розе Люксембург Сакс.