— А что, Джерри вдруг стал секретные документы перевозить, — Сэмми взял у Джо сумку. — Он, часом, не Питер Лорре? — Расстегнув застежку, он поднял тяжелый клапан.

— Нет! — воскликнул Джо, пытаясь вернуть себе ранец, но Сэмми ему этого не позволил. — Это неприлично, — укорил его Джо, протягивая руку и опять пробуя выхватить сумку. — Мы не должны рыться в ее личных вещах.

— Это  не может быть ее личной вещью, — возразил Сэмми. И все же он обнаружил в черной курьерской сумке недешевую на вид черепаховую пудреницу, в несколько раз сложенную брошюру под названием «Почему современная керамика — народное искусство», губную помаду («Андалусию» от Хелены Рубинштейн), эмалированную золотистую коробочку для пилюль, а также бумажник с двумя двадцатками и десяткой. Несколько лежавших в бумажнике визитных карточек выдали имя девушки, несколько экстравагантное — Роза Люксембург Сакс. Местом работы там значился художественный отдел журнала «Лайф».

— По-моему, на ней даже трусиков не было, — заявил Сэмми.

Джули был так тронут этим откровением, что даже ничего не сказал в ответ.

— Не было, — подтвердил Джо. Они оба на него посмотрели. — Я запрыгнул в окно, а она вон там спала. — Он указал на спальню Джерри. — В постели. Ведь вы слышали ее вопль? Она набросила на себя платье и пальто.

— Ты ее видел, — сказал Джули.

— Да.

— Голую.

— Абсолютно.

— Ручаюсь, ты смог бы ее нарисовать. — Джули стянул с себя свитер. Свитер был цвета спелой пшеницы, а под ним имелся еще один, совершенно идентичный. Джули вечно ныл, что ему холодно, даже в теплую погоду. В зимнее же время он болтался по городу, разбухший вдвое против своего нормального объема. Все дело было в том, что за последние годы его матушка, основываясь на сведениях, почерпнутых исключительно со страниц газет, издававшихся на идише, диагностировала у Джули множество острых и хронических заболеваний. Каждое утро она заставляла его глотать целые пригоршни всевозможных пилюль, есть сырой репчатый лук, а также принимать по чайной ложке касторки и витаминного концентрата. Джули сам был порядочным грешником по части обнаженных натур, и в компании Сэмми всеобщее восхищение вызывали его нагие версии Фицци Риц, Блонди Бамстед и Дейзи Мэй, которые он продавал по десятицентовику за штуку. Дейл Арден Джули, однако, продавал по четвертаку. Ее прелестную лобковую область он передавал на редкость богатыми штрихами, по поводу которых все соглашались, что именно так запечатлел бы обнаженную Дейл Арден сам Алекс Реймонд, если бы общественная мораль и срочные дела с межпланетным путешествием ему это позволили.

— Конечно, я смог бы ее нарисовать, — сказал Джо. — Но не стану.

— Я дам тебе доллар, если ты нарисуешь мне, как Роза Сакс лежит голой в постели, — посулили Джули.

Джо взял у Сэмми Розину сумку и уселся на стул с конской шкурой. Было заметно, что он, как и Сэмми, пытается взвесить материальную нужду относительно желания удержать чудесное видение при себе. Наконец Джо вздохнул и отшвырнул сумку в сторону.

— Три доллара, — сказал он.

Джули не сильно обрадовался, но тем не менее кивнул. И стянул с себя еще один свитер.

— Только сделай получше, — буркнул он.

Джо нагнулся подобрать мелок «конте», лежащий рядом на перевернутом ящике из-под молочных бутылок.