— Убей его! — указывая на лежавшего, тихо произнесла малышка. Она вспомнила все обиды, все несчастья, которые принес им проклятый урод.

— Ножом… Я не решусь, — засомневался Тотор. — Если пистолетом… я бы смог. Он действует на расстоянии, раз — и все!

— А если он убьет нас… и папу!

— Конечно, я знаю… Может быть, ты попробуешь?

— Никогда! — в ужасе закричала Лизет. — Лучше я умру сто раз… Но ты-то мужчина… моряк!

— Да, правда. Он наш враг, он предал нас и хочет нашей смерти… У меня есть право его убить.

Мальчуган взял нож, подкрался к Корявому, который все еще лежал и стонал, пытаясь избавиться от золы, и ударил со всей силы в грудь. Однако нож лишь скользнул по одежде, слегка задев тело. Тем не менее матрос почувствовал удар и машинально схватился за больное место. Тотор быстро отдернул руку и произнес:

— Я не могу… Видишь, это слишком сложно для меня!

— Смотри, у него кровь… Может быть, он умрет?

Пытаясь выхватить нож, Корявый задел за лезвие и поранил руку. Теперь из пальцев текла кровь. Оказавшись в столь безнадежном положении, бандит испугался.

— Не убивайте меня, — сквозь кашель молил он. — Прошу вас…

— Еще чего! Ты предатель! — возразил маленький горбун. — Убить! Да я бы с удовольствием, только сил не хватает. Но зато я могу выколоть тебе глаза, тогда ты ослепнешь и уже никому не сможешь причинить зло.

— Ослепну!.. Я! Это ужасно! Я и так уже ничего не вижу!

— Тем лучше! Именно то, что я хотел. Ведь ты сделал нам столько гадостей… Ладно, я не злой, предлагаю тебе поторговаться.

— Что ты хочешь?

— Я соглашусь не выкалывать тебе глаза, если ты дашь мне твой шерстяной пояс… Он ведь длинный, метров пять.

— Да, конечно, — с готовностью произнес урод. — Но зачем?

— Это тебя не касается! Поторапливайся!

Не имея возможности встать, Корявый извивался, как червяк. Наконец он размотал пояс и протянул руку наугад. Мальчуган ловко выхватил веревку и сказал сестре:

— Теперь я уверен в успехе! Уходим!

— Когда?

— Немедленно! Надо торопиться!

— Воды, дайте мне воды, — стонал Корявый. — Умоляю, сжальтесь, я не сделаю вам больше ничего плохого. Обещаю… Вы ведь знаете, как я страдаю, как жжет глаза! Мне больно, мне плохо! Я уже наказан… Простите меня! Пощадите!

— Как бы не так, — ответил маленький горбун. — В следующий раз, обязательно. Если встретимся, можешь рассчитывать, а сейчас — до свидания! И всего наилучшего тем господам!

— Ты уходишь?

— «Ты нас покидаешь, ты нас покидаешь, ты уходишь», — весело пропел мальчуган.

Он обошел воздушную тюрьму и вернулся к открытому люку. Привязав один конец пояса к краю, Тотор спустил другой вниз и посмотрел на сестру, которая внимательно следила за всеми манипуляциями брата.

— Не бойся, сестренка!

— Что ты собираешься делать?

— Тихо! Не шевелись и не говори ни слова, а то Корявый догадается, где мы. Я спущусь, доберусь до парома и притащу его сюда. Когда он будет под домом, ты спрыгнешь… А теперь обними меня!

Дети обнялись, и Тотор, схватившись за пояс, бесшумно спустился в воду. Он плыл без единого всплеска. Плот находился метрах в пятидесяти от тюрьмы. Мальчуган без труда отыскал его и нащупал трос. Стояла малая вода, что способствовало смелому плану мальчугана, так как плот не был виден с берега.