Менандр, впрочем, не находил последнее замечание очень веселым. Ни Юстиниан, ни Феодора не славились мягким характером.

— Нужно держать это в тайне… — пробормотал он и скорчил гримасу.

— Не надо об этом беспокоиться! — громогласно возвестил Ситтас, сделал пару шагов и от души хлопнул Менандра по спине. Молодой офицер ощутимо пошатался. У сложенного, как дикий кабан, Ситтаса «дружеский шлепок» выходил слишком сильным. — Тебе даже не придется врать. Если грузовым баржам, которые потянут вверх по реке твои новомодные суда, не придется каждый раз прорываться с боем, то я посчитаю это чудом. Судя по отчетам наших шпионов, существует даже большая новая крепость малва за Суккуром, мимо которой придется проходить, если хочешь попытаться прорваться в Пенджаб.

Тот факт, что Менандр находил перспективу отчаянных речных сражений упрощением проблемы, вызвал еще один взрыв смеха.

Все еще кисло улыбаясь, Маврикий вернулся к планам наступления.

— Хорошо, но это все равно оставляет кое-что в подвешенном состоянии. — Он ткнул коротким толстым пальцем в карту. — Ты, командир, знаешь не хуже меня, что твой «молниеносный удар» скорее всего расползется по швам уже на старте. Чтобы он сработал, мы должны провести армию по открытой местности. Шесть тысяч арабов и сирийцев, наша легкая конница, вполне вероятно справятся с этим довольно легко. Но пятнадцать тысяч катафрактов и две тысячи артиллеристов и военных инженеров? И не забывай, что нам придется форсировать реки и каналы, а не только использовать их в качестве линий поставок.

Он снова нахмурился, заметно помрачнев.

Велисарий пожал плечами.

— У Юлиана было в четыре или пять раз больше солдат, чем беру с собой я. И — несмотря на то, что я сам это говорю — мои методы обеспечения армии лучше, чем у него.

Он на мгновение замолчал и прямо посмотрел на Маврикия. Хилиарх поджал губы и отвернулся. Много лет назад, когда Маврикий обучал блестящего, но неопытного фракийского офицера, он убедил юношу принять стратегию снабжения великого Филиппа Македонского. Как можно больше использовать мулов, как можно меньше — громоздких повозок. С тех пор, на протяжении многих кампаний, эти методы показали себя с лучшей стороны.

— Тем не менее… — проворчал он, уставившись на карту, где была изображена та самая местность, о которой шла речь. — Мы не знаем, насколько хорошей будет фуражировка. Мулы могут нести только ограниченное количество грузов, все-таки необходимо использовать какое-то количество повозок для артиллерийских боеприпасов. И если эта местность такая плодородная, то можешь быть уверенным: у малва расквартировано там немалое количество войск.

Велисарий почесал подбородок.

— Сомневаюсь, Маврикий. Не сейчас. Командующие малва, вероятно, увели большую часть солдат назад к реке. Они ожидают, что мы воспользуемся Индом для продвижения наших войск, а не Нарой. И тем более…

Он замолчал, подбирая слова. На протяжении многих лет сражаясь с Линком, Велисарий приобрел определенное понимание того, как работает разум этого чудовища. Тот суперчеловеческий интеллект, который дали Линку новые боги будущего, достаточно часто являлся прорехой в броне.

Эйд понял.

«Линк всегда много знает, но черпает знания из истории. Не из опыта. И он никого не слушает. Он слышит, но не обращает внимания. Потому что „знает“. История — зафиксированные данные, которые есть у Линка, как и у меня — скажет Линку, что долина реки Инд по большей части бесплодна. Это из-за деградации окружающей среды, вызванной более поздней деятельностью человека.