— Так, с моим костюмом все ясно, — в это самое время говорила Маргарите Лиза. — Юбку я сошью, кружева притачаю, а вот что нам делать с тобой?

— Моя воля, я бы этот карнавал послала подальше, — отчего-то с сердцем сказала Маргарита, — только директор об этом и слушать не захотел.

— И правильно, что не захотел.

— Говорит: Савина, я старый и больной человек…

— Он разве старый? — удивилась Лиза.

— Нет, конечно, — не выдержав, рассмеялась Маргарита. — Он всего на пять лет старше меня. Это я тебе просто его речь цитирую: «Я, старый и больной человек, не только две недели думал, какой костюм соорудить, но и теперь по вечерам, как завзятый портняжка, сижу и шью его…» «А жена, — говорю, — вам не помогает?» Он так хитро прищурился: «Хочешь выведать мои секреты? Там для стежков мужская сила нужна, женщина только зря себе пальцы исколет!» Ну и как я могу после этого самоустраниться?

Идея костюма для Маргариты пришла к ним нечаянно. Собственно, начала разрабатывать ее Лиза, а Маргарита потом уже присоединилась. Сама увлеклась.

Незадолго до того сидели они на паласе в спальне Лизы и Славы и просматривали старые журналы.

Лиза отчего-то не любила сидеть ни на диване, ни на кресле, а все норовила сползти на пол. Свои паласы она пылесосила каждый день, так что на них можно было лежать, как на чистом белье. Сынок тоже был в маму — с удовольствием валялся на полу в своей комнате.

Так вот, лежали они с Маргаритой на полу и маялись оттого, что ничего толкового не приходит в голову. Вдруг Лиза сказала:

— Знаешь, Ритуля, у меня возникла одна идея. Как обычно бывает, вдруг вспомнила, что однажды мне на Восьмое марта кто-то подарил колготки ядовито-зеленого цвета. Погоди, я их сейчас тебе покажу. Вот. У тебя, глядя на них, никаких ассоциаций не возникает?

— Интересно, тот, кто их подарил, какие ассоциации испытывал? Тогда ведь о карнавальном костюме речь не шла.

— Не будем думать о том, что было, а только я считаю, что эти колготки — твоя судьба. Опять не доходит? Погоди, сейчас я найду еще кое-что.

— Ты роешься в платяном шкафу, как Дед Мороз в своем мешке.

— Смейся-смейся… Ага, нашла! Примерь-ка. С колготками.

Лиза протянула сестре мужа тонкую, тоже зеленую водолазку, из тех, что обтягивают тело как нейлоновый чулок.

Маргарита со смехом надела и посмотрела на себя в зеркало.

— Вид эротический, — заметила Лиза. — Опять ничего тебе на ум не приходит?

— Разве что надеть ласты и изображать какую-нибудь речную живность.

— Горячо. Еще думай.

— Имеешь в виду, — Маргарита изобразила над головой круг, — пришпандорить корону и представлять собой какую-нибудь родственницу Нептуна.

— Нептун — морской царь.

— Тогда — водяного.

— Нет, ты ушла в сторону от идеи.

— Лизетта, не изводи меня намеками! Выкладывай немедленно, что ты придумала! — Маргарита, в шутку навалившись на Лизу, подмяла ее под себя: — Сдавайся!

— Разъелась ты, Савина, на вольном выпасе! Худая-худая, а придавила — не вздохнуть. — Лиза со смехом высвободилась. — Тебя бы замуж выдать, может, лишней энергии-то поубавилось бы.

Как странно, Лиза столько лет замужем за ее братом, а Маргарита впервые проводит с ней наедине столько времени.