Джордж закрыла глаза. Какими мотивами руководствовалась женщина, бросившая своего ребенка ради того, чтобы стать шлюхой богатого господина? Все это было больно слушать, но зато многое в поведении Гарри стало понятно Джордж. Она положила голову любимому на колени, он поглаживал ее волосы, пытаясь успокоить. Странно. После таких откровений она должна его успокаивать, а не он ее.

Он подавил вздох.

– Теперь ты понимаешь, почему я должен уйти.

Глава 16

– Но почему ты должен уходить? – спросила Джордж.

Она ходила взад-вперед по крохотной комнатке. От нахлынувшего отчаяния ей хотелось изо всех сил молотить руками по кровати. Обрушиться на комод. Наброситься с кулаками на Гарри. С тех пор, как он произнес эти проклятые слова в первый раз, прошло две недели. За это время он успел прийти в себя, синяки прошли, превратившись из черно-синих в еле заметные желтоватые, он почти перестал хромать. И вот он собирается покинуть ее, как только совсем поправится.

Каждый раз, когда она навещала его, приходила в его маленькую комнату, начинался один и тот же спор. Больше Джордж не могла выносить этой пытки. Господь прекрасно осведомлен, что Гарри собирается сделать и что он себе думает. Ей хотелось кричать. Он хочет уйти от нее, просто выйти из дома и захлопнуть за собой дверь. Но почему, она так и не могла понять.

Теперь вздохнул Гарри. Она его откровенно шантажировала. Он устал.

– Из всего этого ничего не выйдет, моя госпожа. Ты и я, мы не можем быть вместе. Ты должна сама понимать, что у нас нет никакого будущего. И скоро ты со мной согласишься, – произнес он низким и спокойным голосом. Здраво и взвешенно.

Но она не собиралась быть благоразумной.

– Нет! Я никогда с этим не соглашусь! – выкрикнула Джордж, как кричат дети, не желающие отправляться поздно вечером в постель. Для полноты картины ей осталось только недовольно топнуть ножкой.

Господи, она понимала, что выглядит сейчас ужасно, просто отвратительно. Но остановиться уже не могла. Не могла прекратить упорствовать, умолять, и донимать его своим нытьем. Одна мысль о том, что она, возможно, больше никогда не увидит Гарри, наполняла ее страшной паникой.

Сделав глубокий вдох, Джордж произнесла уже более спокойно:

– Мы с тобой можем пожениться. Я люблю…

– Нет! Никогда! – он с силой ударил рукой по стене. Раздался звук, похожий на выстрел.

Она посмотрела на любимого. Он ведь любит ее, она отлично знала, что любит. Он так произносил «моя госпожа», таким мягким и нежным голосом. Смотрел на нее таким долгим взглядом. С таким неистовством занимался с ней любовью до своих ранений. Ну почему он не может?…

Он покачал головой:

– Прости, моя госпожа, но нет.

На ее глазах выступили слезы. Она смахнула их.

– Ну, объясни, сделай одолжение, почему мы с тобой не можем пожениться. Я никак не возьму в толк, почему это невозможно.

– Почему? Ты спрашиваешь, почему? – Гарри криво усмехнулся. – А как тебе такая причина: когда мы поженимся, половина Англии будет считать, что я женился на тебе ради денег. Как мы вообще решим проблему с семейными деньгами? А? Ты что, выделишь мне жалование или содержание? – Он уперся руками в бока и пристально смотрел на Джордж.

– Все будет совсем не так.

– Не так? Ты что, оформишь все свои деньги на меня?

Она колебалась всего секунду. Но этого оказалось более чем достаточно.

– Нет, конечно, нет, – он резко вскинул руки. – Значит, я останусь твоей веселой обезьянкой. Мужчина-шлюха – вот кем я буду для тебя. И ты думаешь, кто-то из твоих друзей когда-нибудь пригласит нас вместе на обед? А твоя семья, думаешь, примет меня с распростертыми объятьями?

– Да, они примут тебя.