– Она указывает тебе, когда можно кончать, Пай? Или, может быть, она вообще не разрешает кончать? Чтобы не испачкать ее белое тело твоим неблагородным семенем? Не стоит, не стоит, – добавил он, увидев, что Гарри потянулся за ножом. – Я не буду драться с мужчиной-шлюхой.

И все трое удалились, смеясь.

Гарри похолодел. Шлюха. Много лет назад так назвали его мать.

Шлюха.

Мальчик слегка повел плечом. Гарри посмотрел на него и понял, что сжал его плечо слишком сильно. Мальчик молча терпел, только слегка пошевелился.

– Как тебя зовут? – спросил Гарри.

– Уилл, – мальчик поднял на него глаза и вытер нос рукавом. – Моя мама шлюха.

– М-да, – Гарри отпустил его плечо. – И моя.

Джордж мерила шагами библиотеку. Наступил вечер, и окна изнутри казались черными зеркалами. На секунду она застыла, глядя на свое призрачное отражение. Ее прическа казалась безупречной, и все же Тигли заново причесала Джордж после ужина. В этот вечер она выбрала платье цвета лаванды – одно из ее любимых – и жемчужные серьги. Может, она и льстила себе, и все же ей казалось, что в этом наряде она выглядела неплохо. Да что там неплохо – почти красавица.

Если бы только она была столь же уверена не только в платье, но и в самой себе.

Она уже начала сомневаться, что выбрала правильное место для встречи. Но разве у нее есть выбор? Сейчас, когда здесь братья, она не могла пригласить Гарри в свои комнаты, а идти к нему домой… Джордж зарделась. Когда она у него, они почти и не говорят, разве не так? Так что только здесь, в библиотеке. И все же… Как-то это неправильно.

В коридоре послышались тяжелые шаги. Джордж выпрямила спину и повернулась к двери с видом жертвы, ожидающей чудовище. Или леопарда.

– Добрый вечер, госпожа, – Гарри буквально прокрался в комнату.

Точно леопард! Джордж казалось, что у нее волосы встали на затылке – такая от него исходила энергия.

– Добрый вечер. Присаживайся, – и она показала на диван.

Он метнул взгляд туда, куда она показала, но не двинулся с места.

– Я лучше постою.

О боже.

– Ну… – Джордж набрала воздуха и поняла, что не помнит, с чего собиралась начать разговор. Когда в своей комнате она подбирала слова для разговора, ей казалось, что они наполнены смыслом. Но сейчас, когда Гарри рядом, они вдруг начали растворяться, как газетная бумага в воде.

– Да? – он вскинул голову, будто пытаясь расслышать ее мысли. – Как лучше, на диване или на полу?

– Я не… – растерялась Джордж.

– На стуле? – спросил Гарри. – Где вы предпочитаете заняться со мной любовью?

Щеки Джордж запылали.

– Но я не для этого тебя пригласила.

– Нет? – он поднял брови. – Вы уверены? Но зачем-то ведь вы велели мне сюда прийти?

– Я не велела… – Она закрыла глаза, помотала головой и сделала еще одну попытку: – Нам надо поговорить.

– Поговорить. – Такое простое и ясное слово. – Хотите дать мне отставку?

– Нет. Почему ты так решил?

– Моя госпожа! – Гарри засмеялся грубым, неприятным смехом. – Пусть я всего лишь ваш слуга, но не отказывайте мне хоть в каком-то уме. Вы весь день проводите с вашими братьями-аристократами, а потом приглашаете меня в библиотеку. Что же это еще, если не отставка?

Все шло не так, как она представляла. Она беспомощно развела руками.

– Я просто хотела поговорить.

– О чем же, моя госпожа?

– Я… я не знаю.