Это не компания по извлечению прибыли, здесь даже тени доверия нет. Как следствие, некогда единые армия и флот бывшей сверхдержавы попали под власть разных кланов.

Естественно, дробление сыграло негативную роль. Уровень боеготовности снизился, возможности оперативного взаимодействия рухнули практически до нуля.

Пагубные последствия затронули всё. И NORAD не являлось исключением. Некогда единая система была разорвана на лоскуты. Кланы не делились военной мощью, опасаясь за личную безопасность.

Не помогло и общее собрание, где наметились наметки на будущее объединение. Никто не спешил передавать контроль в чужие руки, не желая давать потенциальному противнику преимущество.

Да что там говорить, даже краткосрочная война между американскими и русскими кланами не заставила пойти на сближение. Воевали вроде и вместе, но в то же время как бы по отдельности. Слишком долго кланы жили обособленно, надеясь лишь на себя.

– Как дела? – к месту дежурных операторов подошла лейтенант Андерсен.

– Нормально, – сержант Райли вяло махнул рукой, благо внутренний распорядок на базе не требовал вскакивать с кресла каждый раз при виде офицера.

После известных событий, когда два озверевших ледышки устроили кровавую бойню в коридорах бункера Пентагона, и последующего нападения шокеров на Вашингтон всех троих перебросили на другой объект ван Хоторнов для усиления местного гарнизона.

Раскол затронул не только боевые подразделения, квалифицированного персонала не хватало везде.

– Хорошо, – лейтенант небрежно кивнула, собираясь отойти к другим постам. Кроме старых знакомых в просторной комнате находилось еще несколько операторов, дежурящих за приборными пультами.

– Простите, мэм, – Вордман, успевший спрятать журнал с непристойными картинками в последний момент приближения начальства, приподнял руку.

– Да, сержант? – Андерсен притормозила.

– Как скоро мы можем рассчитывать на увольнительные? – осведомился солдат.

Райли бросил быстрый взгляд на девушку-офицера, заданный вопрос его тоже волновал. Они сидели под землей уже почти неделю, по правилам полагался отгул через определенные промежутки, человеческая психика не выдерживала чрезмерного нахождения в замкнутых пространствах, влияя на боеготовность личного состава.

– В конце недели, думаю, – прикинув расписание, ответила лейтенант.

Нехватка людей заставляла увеличивать ранее утвержденные сроки, растягивая время дежурства на лишние сутки, а то и двое.

– Спасибо, мэм, – поблагодарил Вордман.

Особо жаловаться на вышестоящего офицера не приходилось. Как давним знакомым, Андерсен делала им с Райли определенные поблажки.

– Не за что, сержант, – девушка вновь собралась отойти.

И снова ей помешали. На этот раз звуковой зуммер предупреждения с одного из компьютерных терминалов перед вторым сержантом.

– Что там?

Вордман склонился к монитору, крепкие пальцы уверенно вбили команду в клавиатуру – вывести сообщение в расширенном виде на центральный экран.

– Сигнал с точки «Гамма-А4-Делавер-Остер-5», – доложил оператор и, не дожидаясь уточняющего вопроса, добавил: – Спутник наблюдения системы Оринт.

Андерсен посмотрела на координатную сетку.

– Где он сейчас?

– Над Северным полюсом, идет по маршруту «Элиот».

Указанный спутник относился к классу так называемых «шпионов» и выполнял разведывательные функции, двигаясь по заранее проложенным курсам, ведя наблюдение за поверхностью Земли.

Последовала еще череда клацанья по кнопкам. Изображение укрупнилось.