— Полегче с ним, Робарт. Действуй мягче.

— Если этот рыжий олух не покажет мне лучшее, на что способен, пусть пеняет на себя, уж я позабочусь, чтобы его путь в рыцари завершился уборкой лошадиного навоза на рыцарских турнирах, — заявил я возмущенно.

Я шагнул к оруженосцу, подняв голову, чтобы видеть его лицо. Сэр Макин встал между нами с тренировочным мечом в левой руке:

— Сначала маленькое испытание, мой принц. Я должен убедиться в наличии у вас базовых знаний, а то еще покалечитесь.

Сперва он кончиком своего меча ударил по моему мечу, затем нацелился мне прямо в лицо. Я отвел удар в сторону и сделал полувыпад. Рыцарь изящно отбил мой колющий удар; я попытался обойти его защиту, но он рубанул по ногам, и я едва устоял.

— Неплохо, совсем неплохо. — Он склонил голову. — Вам преподали вполне приличные уроки. — Скривил губы. — Вам сколько? Двенадцать?

— Десять. — Я видел, как он сунул тренировочный меч обратно в корзину. Ага, он правша.

— Хорошо. — Сэр Макин расставил оруженосцев, образовав вокруг нас круг. — Давайте начнем поединок. Робарт, не жалей принца. У него хватит мастерства проиграть без причинения серьезного ущерба своему здоровью, чего не скажешь о гордости.

Робарт встал в боевую стойку напротив меня, весь в веснушках и пышущий самоуверенностью. Казалось, время остановилось. Я ощущал, как припекает солнце, гравий чувствовался под подошвой ботинок.

Сэр Макин воздел руку:

— Приготовьтесь.

Я слышал серебряные голоса жаворонков, невидимых на голубом небосводе над нами. Различал трепетание флага казни.

— Начали! — Он резко опустил руку.

Робарт быстро приблизился и нанес боковой удар снизу. Я выронил меч. Его атака была нацелена на мой правый бок там, где кончаются ребра. Не будь меч деревянным, рассек бы меня пополам. Но это всего лишь деревяшка. Я изловчился и ткнул его в горло кончиками пальцев руки — восточный прием, преподанный Лундистом. Робарт рухнул, словно на него свалилась стена.

Я наблюдал, как он корчится от боли, но внутренним взором видел Инча в Доме Исцеления, он ползал на карачках посреди бушующего пламени, из спины хлестала кровь. Я чувствовал яд, струящийся по венам, тернии, врезавшиеся в плоть, животную потребность убивать как самую яркую эмоцию из всех, какие когда-либо ощущал.

— Нет. — Я увидел руку Лундиста на запястье, он удерживал меня, чтобы я не приблизился к мальчишке. — Довольно.

«Нет, не довольно», — произнес внутренний, не принадлежащий мне голос, тот, который я слышал в колючем кустарнике и потом, когда метался в постели от жара.

Еще несколько мгновений смотрел на паренька, задыхающегося на земле, побагровевшего.

Странное чувство покинуло меня. Я поднял меч и вернул сэру Макину.

— Вообще-то, Проксимус скорее твой капитан, а не Лундиста, — произнес я. — Он был ученым из рода Борта и жил в седьмом веке. Выходит, один из твоих предков. Может, все-таки стоит прочитать его труд. Не хотелось бы оказаться на настоящей войне вместе с Робартом и вашей наукой.

— Но… — Сэр Макин закусил губу, казалось исчерпав все аргументы со словом «но».

— Он смухлевал. — Зато юный Стод нашел нужные слова.

Лундист уже вышагивал впереди, я повернулся, чтобы последовать за ним, пришлось обернуться.

— Это не игра, сэр Макин. Обучая этих мальчиков биться по правилам, вы обрекаете их на поражение. Запомните, это не игра.

Если ошибешься, не купишь себе свободу. Ни лошадьми, ни золотом.

Мы подошли к Красным Воротам на дальней стороне двора.