-  Привет, - она зачем-то потрогала зверю здоровенный, поросший по краям короткими жёсткими шерстинками нос и сообщила. - Мокрый и холодный. Иди гуляй, и поймай мне…

    Ну, посылать такую замечательную охотницу за мышью было бы попросту оскорбительно. А вот поросёнка или косулю в самый раз. Рысь утробно муркнула - почти как обычная кошка, разве что Женька побожилась бы, что та вытянулась под пледом на всю длину её собственного тела. И с достоинством, эдакой вопросительной загогулиной выгнув короткую лохмато-полосатую хвостяру, бесшумно удалилась к кустам.

    Оглянулась на границе, взвыла легонько, на пробу, мяукающе-душевынимающим гортанным мявом. А когда Женька проморгалась, та уже исчезла, словно её здесь никогда и не было. Остались лишь несколько грубых шерстинок на рукаве да ободранное ощущение на щеке.

    Дрыхнущий под соседним навесом Тим даже не проснулся - ну ещё бы, таким задохликом не заинтересуется ни одна уважающая себя хищница… ну разве что напрочь дурная вроде Женьки. Зато Вовка и Принцесса обнаружились метрах в пяти - с весьма впечатляющей коллекцией всяких стволов в руках и чертовски занимательными физиономиями. Что-то там было типа ну вы, блин, даёте! Ну, а маменька… м-да, это описанию не поддаётся. Такое надо для полноты ощущений просто ощутить - и при этом ухитриться как-то выжить. Под конец она даже зачем-то сунула дочери подмышку градусник.

    -  Вот теперь верю, что на единорогах могут ездить только… - однако врезавший по спине мамин половник живо направил ехидство старшего брата в нужное и куда более общественно полезное русло.

    Например, перестрелять всех крупнее кузнечика километров этак на десять в округе. Стоит признать, что на такое заманчивое предложение Вовка не повёлся - но послоняться со своей ненаглядной вокруг лагеря да посмотреть согласился быстро. Угу, знаем мы их - эти и слона не заметят, как-то не до того будет такой парочке. Разве что если наступит…

    Температуру Женька могла при желании нагнать любую - от окружающей среды до эдак костерка под мамиными кастрюльками. Но испытывать судьбу не стала и в награду получила… кстати, когда она на первом курсе проходила мат. статистику, мама как-то не подумавши сказанула, что среднее арифметическое есть дело весьма коварное. Если взять дюжину гриппующих да одного покойничка, то в среднем у них как раз и окажутся пресловутые тридцать шесть и шесть.

    Проверять тогда Женька как-то не рискнула, поверила на слово. Но с тех пор относилась с должной долей скепсиса к высказываниям всех этих прожжённых циников с медицинскими дипломами. Вот и сейчас, оказавшись признанной годной ко всему и без ограничений, задумываться над такими перлами двойного и тройного смысла не стала. Легонько получила кухонным полотенцем пониже спины, привычно показала в ответ язычок и отправилась собирать хворост.

    Уф-ф! Если эта дровиняка, вполне пригодная вместо знаменитого надувного брёвнышка Владимира Ильича, и есть всего лищь хворост, то Женька слон, танк и армейский тягач тактических ракет в одном лице. С нарочитым грохотом скинув с постеленной на плечо тряпицы ношу наземь, она добилась только одного - Тим перевернулся с боку на бок. У-у, а ещё другом назывался! И она принялась своим личным топориком разделывать добычу на более пригодные в хозяйстве поленья. Специально обточенный по форме плотницкого, а не мясницкого, в ловких руках он быстро обеспечил маму топливом.

    И пока та наводила лоск на одуряюще ароматный соус, из кустов как раз показались старшие братья-сёстры. Спасибо, что хоть для приличия охапку веточек захватить сообразили… ну ладно, если за эти грибы мама говорит спасибо, так уж и быть, сделаем вид, что не заметили съеденной губной помады Принцессы и опухших губ Вовки.