Покосилась на послед чуть дальше - но лезть туда лапкой побрезговала. И так видно, что чуть курится на, мягко говоря, бодрящем воздухе.

    -  Побегаем, кис?

    Рысь потешно фыркнула и чуть поджав уши, попятилась, разом выразив всю глубину своего презрения к этим дурацким забавам. Её дело из засады наскакивать да шустро драть в клочья - а высунув языки на плечо пусть всякие дурные псины бегают. И всё же, она поплелась за подругой, решившейся погоняться за оленем. Ага, в ту сторону… ну да, если не на утренний водопой, то больше и некуда!

    Они неслись как ветер - кареглазая амазонка в ярком ситцевом сарафанчике и бесшумно перекатывающаяся рысь с задорно задранным хвостом. Взлетели по пологому косогору, не потревожив даже пожухлой веточки - Женька слегка сжульничала.

    Не зря же она всегда так чутко прислушивалась, как же это получается у Тимки? Не просто так примеряла на себя эти нежные, еле заметные дуновения чужого искусства? Чтобы она сама не сумела что-то подобное, доступное этому худощавому смазливому принцу? Да недостойно Воина и мысли о чём-то подобном допускать! Тем более, за месяц странствий можно было даже и увязавшуюся за ней рысь тому научить…

    Кошка почуяла колдовство мгновенно. Старательно бежала почти прижимаясь к ногам разгорячённым мехом, чтобы лесной дух упаси не вылететь за пределы незримо меняющего окружение сгустка человечьей воли. Скостили таки прилично - кошка хоть и высунула язык ломтем эдак на полкило варёной колбасы и дышала тяжело, но всё так же неслышно неслась на мощных лапах.

    И вот теперь они застыли у толстого то ли вяза, то ли граба, то ли ещё дуб его знает какого дерева - как жительница большого степного города, Женька в эдаких материях ровным счётом ни капельки не разбиралась. Вот прижавшаяся к ноге рысь могла бы сказать - но ей в общем-то было тоже всё равно. Добыча - другое дело. Вот если бы куда меньшая самка или даже косуля! Тогда сразу - кошка бесшумно выпустила когти, пропахала ими лесную подстилку и вопросительно глянула вверх.

    Женька отрицательно покачала головой - глаза её смеялись. Те, кто бежали следом, производили шум как стадо ломящихся сквозь сухой камыш кабанов.

    В самом деле, не успела кошка отдышаться толком, как мимо пронёсся тугой порыв воздуха - и на простор у ручья выскочил Владимир. Не разбираясь в подробностях, он прыгнул к едва успевшему поднять голову оленю. Тот даже попытался удрать в замедлившемся как во сне времени - да выпитая вода и влажный берег помешали.

    Почти незаметно мелькнул кулак брата и с хорошо слышным хрустом врезал по незащищённой мышцами впадинке зверя - меж загривком и затылком. Четвёртый позвонок, вроде бы… олень всего лишь пару раз взбрыкнул. Подоспевшая вторая тень сгустилась, и Принцесса с размаху припечатала в зверя махонькой ртутно блеснувшей молнией.

    Опа! Такого эта стервочка не показывала! Женька насторожилась за долю туго спрессованной в события секунды - но олень уже нелепо дёрнул парой весьма неплохих рогов и заваливался на отказавшие задние ноги. Вот он дрогнул шкурой последний раз, словно сгоняя мошкару, и затих.

    У ручья воцарилась тишина. Такая, что донеслось пиньканье пичуги откуда-то выше по течению. Девушка смотрела на своих и тихо улыбалась. Молодые, красивые, раскованные - прямо гордость за них брала. Дикие и свободные, прекрасные хищники. Правда, Принцесса опять в Вовкиной рубашке и сделанных из его старых джинсов ободранных шортах. Да нет, вроде не извращенка, однако носить его одежду просто обожает…

    -  А Джейн где? - поинтересовалась приводящая в порядок дыхание Принцесса. - Я пару раз точно видела отпечатки её кроссовок - больше тут в таких и ходить-то некому.