|
Это как понять? Тебя что, какая-то принцесска в далекой юности с носом оставила? Только не говори, что я на неё похожа!
Вейден промолчал, но по его физиономии было ясно, что так оно и есть.
– Можешь снова швырнуть в меня подсвечником, – сказал он наконец, – но я всё равно это скажу. Твой батюшка – отвратительная личность. Таких и близко нельзя подпускать к управлению государством. Я удивляюсь: неужели в королевстве не было разумных людей, способных не допустить подобного наследничка к престолу?
– Вейден, Вейден! – засмеялась я. – Ты плохо знаешь историю моего семейства! Мой дед был внебрачным сыном какого-то герцога, сам понимаешь, что это значит: ни прав, ни денег, однако амбиции спать спокойно не дают. Так вот, к преклонным годам он дослужился до генерала, командовал целой армией. Папуля при нем служил. У папули благородной крови было ещё меньше, зато амбиций куда больше. Вот он и сколотил небольшую армийку, под шумок захватил какое-то княжество, да и объявил себя королем. Дед так расстроился, что лет пять с ним не разговаривал…
– Почему расстроился? – не понял Вейден.
– Потому что ему самому такая идея в голову не пришла! – фыркнула я. – А потом папуля женился на самой настоящей княжне. Так что я вполне даже голубых кровей…
– И где она? – кисло осведомился Вейден.
– Кто?
– Мать твоя, – пояснил колдун. – Княжна.
Я пожала плечами.
– Понятия не имею. Полагаю, не вынесла жизни с папулей и сбежала. Меня нянюшка воспитывала.
– Оно и видно, – буркнул Вейден. – И где только такую нашли?
Я снова пожала плечами.
– Она вроде маркитанткой служила при папулином полку, – припомнила я. – Вот и пригодилась…
– Теперь мне ясно, отчего ты так омерзительно воспитана, – сказал Вейден.
– Зато не дура, – фыркнула я. – Станешь отрицать?
– Не стану, – ответил Вейден. – Ты не совсем безмозгла, первое моё впечатление было ошибочным. Хватило же тебе хитрости меня провести…
Я самодовольно улыбнулась.
– Это было несложно, – сказала я. – Ты так зациклился на своем могуществе, что ничего не видел дальше своего носа. Вот я тебя этим носом в лужу и сунула.
– В сообразительности тебе не откажешь.
– А за плети извини, – сказала я, подумав. – Но уж больно ты меня допек своими речами…
Вейден промолчал, но было ясно, что прощать меня он не намерен. Я тоже помолчала, потом выпалила:
– Кстати, Вейден, а ты, случайно, не какой-нибудь принц в изгнании?
– С чего ты взяла?! – Вейден чуть не рухнул с кресла.
– Да лицо у тебя такое… – Я покрутила в воздухе пальцами. – Опять же, очень ты любишь рассуждать на тему того, что кому-то что-то даром досталось, а тебя вроде как обделили… Я угадала?
Вейден промолчал, но мне показалось, что я попала в точку.
– Я колдун, – сказал он наконец. – Не имеет никакого значения, кто я и откуда.
– Жаль, – притворно вздохнула я. – Не будь ты простолюдином, мог бы жениться на мне. Сразу бы двух зайцев убил: и я под боком, и заговорщикам по рукам досталось…
Вейден вскочил, как ошпаренный. По-моему, моя идея не привела его в восторг.
– Уже светает, – сказал он отрывисто. – Давай-ка за дело…
9
Сквозь дырочку в портьере я наблюдала за собравшимися министрами и прочими высокородными советниками. Они громко возмущались и требовали разъяснений, почему их разбудили в такую несусветную рань и заставили идти на внеочередное заседание. |