– Действительно. – Ромион ещё помолчал, но Кики тоже говорить не собиралась. – Что ж, это всё. Теперь твоя очередь.

Кики вздохнула.

– Скажи брату, чтобы он перестал подслушивать. Я хочу говорить с тобой, не с ним. – Ромион собрался было возразить: оставаться с полудухом наедине, когда ты не демонолог, уже было плохой идеей. – Пожалуйста, – продолжила Кики. – Это моя тайна.

Поколебавшись, Ромион кивнул и мысленно позвал: "Дами. Сделай, как она говорит"

"Ты с ума сошёл! – отозвался Дамиан. – Даже если я буду просто смотреть, я по губам читать не умею! А что если она тебя заколдует? А если…"

"Дами. Пожалуйста".

"Ты дурак, брат!.."

"Дамиан. Это приказ"

"Слушаю и повинуюсь. Но ты пожалеешь, вот увидишь", – фыркнул Дамиан, и ощущение чужого присутствия исчезло.

– Спасибо, – Кики вздохнула и замолчала надолго. Ромион терпеливо ждал. – Ты уже достаточно обо мне знаешь – я не… совсем человек. Мама умерла, когда мне было четыре, брат… ну, ты видел моего брата. А других родственников-людей у меня не осталось. Меня воспитывал отец – до пятнадцати лет. Он… странный, если судить его по человеческим меркам, и с ним я стала больше духом, чем… – Кики замялась. – Я не понимаю людей. То есть, я могу предугадать их поведение – иногда, если оно совсем очевидное. Но заставить их сделать что я хочу – как это делаешь ты – у меня не получается. Люди странные. Я поняла это, когда в пятнадцать поступила в школу ведьм. Я закончила её через год – отец прекрасно меня учил. Но что толку? Люди остаются для меня загадкой. Я путешествовала, чтобы понять их. Иногда мне казалось, что у меня получается… – Кики снова замолчала и совсем поникла.

– Что тебе понадобилось в Сиерне? – поняв, что девушка совсем ушла в себя, спросил Ромион.

Кики вздохнула.

– Знаешь, в чём состоит самая большая несправедливость, когда ты полукровка? Ты на перепутье, вечно. Я не дух – отец это прекрасно мне объяснил – и я не человек. Но мне нравилось быть Чёрной ведьмой – у меня хорошо это получалось. Я думала, это моё предназначение. У всего есть предназначение, Ромион. Ты вот правитель. А я ведьма… – Кики снова вздохнула. – Я была счастлива… Но потом кое-кто разрушил баланс сил. Кое-кто загадал, чтобы зла и добра, чёрного и белого больше не было в нашем мире. Это… это неправильно

Ромион помнил, кто этот "кое-кто". Чтобы освободить мужа от необходимости быть Тёмным Властелином, Виола загадала желание на артефакте, который Дамиан принёс незадолго до этого в Сиерну. Желание принцессы фей было исполнено, а артефакт так и остался в подземельях дворца. Ромион умудрился о нём забыть.

– Виола хотела, чтобы каждый мог выбирать…

– Выбирать! – засмеялась Кики. Это был злой смех – Выбирать? Я выбрала быть Чёрной ведьмой, но я серая, на самом деле серая! Твоя Виола стёрла из этого мира всё настоящее чёрное и настоящее белое! Сотни заклинаний, сила, огромная сила! Она просто исчезла. Твой брат, захоти он снова завоевать мир, не сможет. Поверь мне – или у него спроси. У него больше нет этой силы.

"Не знаешь ты Дамиана", – подумал Ромион, но развивать эту тему не стал.

– Я ненавижу её за это так, как может ненавидеть Чёрная ведьма – это-то у меня ещё осталось, – Кики скривилась. – Благодаря ей я снова стала никем. Но желание, загаданное раз, можно перевернуть, переиграть – мне просто нужно было оказаться рядом с артефактом с этой феечкой в руках, да так, чтобы она не смогла мне отказать.