— Но под пыткой ты во всем признаешься.

— Как я могу признать то, чего не было, Урах?

— Вот как? Чего не было? Я скажу тебе то, что ты должен признать. И тогда клянусь тебе, что твоя смерть будет легкой.

— Значит, ты решил повесить на меня чужую вину?

— Эй, вы! — обратился Урах к палачам. — Поставьте этого негодяя на шипы. Посмотрим, что он запоет тогда.

Палачи в масках шакалов схватили доску сплошь утыканную острыми бронзовыми шипами. Синух знал, что это такое. Он закрыл глаза моля богов об одном — не дать боли взять над ним верх.

Но боли не было, когда палачи приблизились к нему, он попал в песчаный смерч и его тело словно пронзили миллионы горячих песчинок…

— Что? — первым опомнился Урах.

— Не знаю, — проговорил один палач. — Такого я еще в своей жизни не видел.

— Тело осужденного пропало, — прошептал второй палач. — Он исчез!

— Но как он мог исчезнуть из этого подземелья? — снова заговорил Урах.

— Может, сам Анубис пожелал забрать его? Ведь это место прямо под храмом Великого Принца Запада!

— Не мели ерунды! — оборвал палача сириец. — Не стал бы бог вмешиваться в такие дела.

— Но где же он тогда?

— Может быть, это проделки демонов пустыни? — предположил другой.

— А вот это может быть! — вскричал Урах, который уже думал, как объяснить фараону все произошедшее. — Демоны хитры и могут действовать во зло фараону и его верным слугам.

Палачи ничего не сказали на это. Они были людьми бывалыми и думали, что это произошло потому, что в подземелье привели невиновного. Но говорить про это вслух не решились.

— Вам стоит помалкивать о том, что произошло, — приказал Урах. — Если желаете сохранить свои собственные головы.

Палачи молча склонили головы. Молчать они умели…

Красная пустыня. Синух и дух пустыни Африт.

Смерч закрутил Синуха и он на время лишился чувств, а пришел в себя уже не в подземелье храма Анубиса, а в пустыне и вокруг него был лишь раскаленный песок.

— Где я? — спросил Синух сам себя.

Ответа не было. Он был один и вокруг был только песок.

— Я был в подземелье храма, — снова заговорил человек. — И меня хотели пытать. Этот мерзкий сириец приказал поставить меня на гвозди! И вот я здесь. Кто же это потрудился спасти меня?

На этот раз в ответ раздался голос.

— Ты в пустыне, Синух.

— Что? — человек огляделся. Вокруг никого. — Мне послышался чей-то голос?

— Нет. Ты действительно можешь слышать мой голос, Синух.

— А кто ты?

— Ты в моих владениях.

Молодой архитектор снова огляделся. Вокруг по прежнему не было никого.

— Не стоит тебе меня искать, Синух. Я Африт дух пустыни, воплощенный в смерче. И физического тела у меня нет. И я забрал тебя из подземелья по приказу моего господина.

— А кто твой господин? — изумился Синух.

— Ты не знаешь, кто господин Африта? — прозвучал голос. — Я повинуюсь великому господину. И зовут его Сет! И он повелитель Красной пустыни!

— Ты слуга Сета?

— А что здесь удивительного?

— И он существует? — снова спросил Синух.

— Ваше время — страшное время, человек.