- Я не могла увидеть тебя.

Он положил свой обрез между сиденьем и консолью, затем повесил арбалет на спинку сиденья. Сердито посмотрел на ящик с едой, прежде чем что-то взять.

После большого глотка, он вытер рукавом губы:

- Я держал тебя в поле зрения. - Ответил он резким тоном. Он снова раздражен?

- Я только сказала, что волновалась.

- Твой телохранитель вернулся в целости. Ты хочешь видеть вещи лучше, чем они есть на самом деле. Я всего лишь достал несколько галлонов топлива. И никакой еды.

Он включил двигатель. В тот же момент, дворники заскребли по грязному стеклу, словно ногтями по школьной доске.

- Несколько галлонов это потрясающе! - я потянулась и сжала одну из его испачканных в бензине рук, - мы сможем доехать до Алабамы на этом. И мы найдем еду этой ночью. У меня хорошее предчувствие.

Он немного смягчился, порывшись в кармане:

 - Возьми это. Может поможет справиться с голодом. - Он протянул мне открытую пачку фруктовой жвачки с тремя оставшимися пластинками. Той же марки, которую любила моя бабушка.

Я бы наслаждалась каждой пластинкой, но меня поразила мысль, что на один кусочек жвачки в мире станет меньше, и никогда это не восполнится. Я встретилась с ним взглядом.

 - Спасибо, Джексон.

Он неловко пожал плечами, румянец окрасил скулы. В этот момент он выглядел очень похожим на восемнадцатилетнего парня. Я не могла не улыбнуться.

- Это пустяк, - пробормотал он. - Теперь давай убираться отсюда. Думаю, что я увидел как двигалась занавеска в соседнем доме. За нами наблюдают.

- Там обычные люди? - я заплакала.

                Иногда, когда мы искали источники пищи в домах, я замечала хлопанье двери, или фигуру вдалеке. В отличие от Джексона, я не верила, что все они плохие. Но никто никогда не показывал лица.

 - Живые люди?

Он нахмурился на меня:

 - Которые находятся в наихудшем состоянии.

Все же, я вытянула голову, осматриваясь вокруг.

- Что за одержимость увидеть других? Я недостаточная компания для тебя?

И снова он сердит.

- Конечно же достаточная, это просто...

- Прежде чем идти поболтать с кем-то, вспомни, что мы проезжаем рядом с большим городом, иными словами, территорией рабовладельцев...

                Хотя мы оба ненавидели возвращаться, мы были вынуждены повторить наш маршрут, чтобы добраться до границы штатов. Джексон думал, что возврат был тактической ошибкой, но у меня было другое мнение об этом. Мы ехали тем же путем - по трупам – бууум – бууум - данк.

 Уже проехали исписанный краской из баллончика дорожный знак. Кто-то написал - "ПОКАЙТЕСЬ" красной краской, внизу что-то было закрашено черным - человек или ЧТО-ТО ЕЩЕ?

Когда, мы вернулись на границу, тишина повисла между нами. Блаженная тишина. Я вытащила пожелтевший экземпляр Космополитен из бардачка, но вместо чтения сосредоточила внимание на Джексоне.

                Он задумался, держа одной рукой руль и рассеянно проводя по шраму на костяшках второй.

Сердился ли он еще на то, что я надеялась увидеть других людей? Расстроился, что мы не нашли еды сегодня? Как он мог казаться задумчивым и беспокойным одновременно? В течение  последних нескольких дней, я узнала много нового о моем кайджанском телохранителе, но любое открытие порождало еще больше вопросов.

                Я узнала, что он может ехать долгое время в полной тишине. Учитывая, что Брэндон был открытой книгой - говорил, что думал - Джексон держал свои размышления при себе.