- Если мы сделаем это - доберемся до Северной Каролины и разобьем лагерь где-нибудь на время, что я должен достать для тебя? Чтобы ты заставила наши семена расти?

- Я все расскажу тебе, как только мы доберемся до бабушки. До тех пор, ищем источники серебряных колокольчиков и ракушек.

Теперь он спросил меня:

 - Почему ты всегда такая тихая рядом со мной? Ты болтала с другими людьми.

Болтала?

 - Как ты можешь так говорить? Ты плохо знаешь меня. - Оу, подождите-ка. За исключением того факта, что когда-то он обладал источником всех-тайн-Эви. Телефоном Брэндона. Сколько всего Джексон видел, слышал, читал?

- В любом случае, я хочу, чтобы ты сконцентрировался на вождении.

- Ух-хух. Ты снова плакала прошлой ночью, бормотала во сне. Что же тебе снилось? И если ты ответишь "то да се" еще раз, я ударю по тормозам.

- Я не помню, - ответила я, вспомнив мой последний кошмар о ведьме. Все они казалось, были из одного дня, из почти одного места. В этот раз, она путешествовала по сельской местности вместе с молодым страстным поклонником. Он постоянно злил ее. Поэтому, конечно, она решилась на убийство.

- Подойди. Дотронься, - прошептала она ему. Когда он споткнулся у ее ног, подбираясь к ней, она открыла ладонь и вырос цветок - из ее кожи. С чувственным подмигиванием, она послала ему воздушный поцелуй поверх цветка, вместе со смертоносными спорами. Он начал задыхаться, падая к ее ногам. Его кожа начала вспухать, пока не лопнула. Гниль вскипела и взорвалась. Она смотрела на него, весело рассказывая:

- Как ловко мы маним, как прекрасно мы караем...

С каждым днем, я ненавидела ее все сильней. Затем я нахмурилась.

- Джексон, что ты слышал, из того что я бормотала во сне?

- Ты сказала "Подойди, дотронься". Я подумал, что это хорошая идея, пока ты не добавила "Но ты заплатишь". Что ты имела в виду?

Восхитительная поросль шиповника.

- Не представляю.

- Врешь. - Он бросил взгляд в зеркало заднего вида, - что нужно сделать, чтобы ты доверяла мне, а?

- Не знаю, - ответила я честно. Я хотела начать доверять ему. Насколько же сильно я жаждала довериться кому-нибудь! Возможно, можно было просто завести друга снова? По крайней мере, один присутствовал здесь. Но я не хотела давать Джексону больше оснований бросить меня. Хотя он принял мои видения достаточно легко, то, что я слышала голоса - совсем другое дело. А мои повторяющиеся кошмары о хладнокровных убийствах...

- Ты постоянно разыскиваешь других людей, но не разговариваешь с тем, кто рядом. - Сказал он, - думаю, я не сильно надоедаю.

- Я говорила бы с тобой больше, если бы ты не считал меня неприспособленной все это время.

- Неприспособленной? Когда? Это из-за солнечных очков?

Мои старые очки были так поцарапаны, что я едва могла видеть сквозь них. Но они по-прежнему оставалась на мне. Мы были в доме, а сквозь эти очки плохо видно... Я ходила вокруг тела, цепляя его, снова и снова. Джексон приказал:

- Тащи свою задницу оттуда Эванджелин, и выбрось эти очки прочь! Немедленно!

- Да, неприспособленной, - настаивала я. – Как насчет того раза, когда я по ошибке забыла свою сумку для выездов. Ты же просто ушел!

- А если бы я относился к тебе ласковее, как ты думаешь, это было бы полезнее?

Ласковее? Хотелось бы. В первые дни нашего путешествия, он был неплохим, но отстраненным. Но, как и сила моего горя, это уменьшилось, зато его угрюмость увеличилась. Если он когда-нибудь приходил ко мне, услышав, как я всхлипываю или если я не ем, когда у нас действительно была еда, или не сплю, он воспринимал это как личное оскорбление.

- Кровать не достаточно мягкая для вас, принцесса? - глумился он, хотя я никогда не жаловалась.