- Сталактит, сталагмит, озеро?

  - Три серебрушки - и я начинаю?

  - А не пойдет, не люблю после тебя купаться!

  - Если по три на каждого? - ехидно спросил веселый воин.

  - Нет, тогда играем, дорого.

  Галяэль замерла, не понимая, что они там делают, то есть понимая - для чего, но, не понимая - что. Так страшно ей не было даже в Долине, там все-таки можно было бороться за себя, хоть и понимая, что силы противостоят невиданно более мощные, а это состояние бессилия сковывало мозг ужасом беспросветным. И отвращение, и брезгливость и тоска безысходная...

  Оба воина ругнулись, горделивый маг, чуть ли не облизываясь, подошел к лежащей навзничь женщине, оглядел ее похабным сальным взглядом и позвал своих сослуживцев:

  - Помогите ее расположить как надо!

  - Разложить, разложить. Умничаешь все, умственность разводишь, ученость ходячая - хохотнул воин, цепко схватив эльфийку за щиколотки. Ее подняли и понесли. Положили.

  Галяэль даже молиться не могла, все оцепенело в ней. Только чувствовала спиной и затылком всякие неровности пола, которые не скрыло покрывало. Выигравший первенство в этом гнусном состязании ученик магической школы, не торопясь, смакуя каждую секунду, подошел поближе, словно бескостной теплой рукой даже почти нежно провел по бедрам лежащей перед ним. Только вот глаза у него были никак не соответствующие этой вроде бы нежной ласке, содрогнулась Галяэль, встретившись с глазами мага. Явно не без сноровки патруэль порасстегивал застежки и ремешки эльфийской одежды сначала у женщины, потом у себя, наглядно показав, что его мужское естество готово в дело. Видно было, что он гордится своим органом. Но его спутники смотрели не на него.

  - Недурная титяндра! - заметил из непросматриваемой зоны воин.

  - Это да. Не рожала еще! - довольно отозвался выигравший.

  - Ну, начнет сейчас тесто месить - отозвался воин.

  - Любит он это дело - согласился второй.

  Покряхтывая от удовольствия, ученик пристроился между раскинутых ножек эльфийки, действительно больно схватил ее за груди. Судя по звукам - воины сели на пол, беда для эльфийки обещала быть долгой.

  Маг вдруг отжался на вытянутых руках, оргиастически блаженно изогнул спину, оскалился на все свои зубы и запрокинул голову.

  - Но он же еще не вошел? - удивилась как-то отстраненно эльфийка. Ей казалось, что все это не с ней, не может быть, чтобы было с ней!

  Насильник плашмя грузно, словно бурдюк с водой, рухнул на жертву.

  - Да он же не дышит! - опять же словно о чем-то постороннем подумала Галяэль. Повернуть голову она не могла, потому не видела, что происходит сбоку, только прошуршала солома под чьими-то сапогами. Потом хозяин сапогов не спеша вошел в просматриваемую зону. Третий воин патруэля, тот, который был самым незаметным. Не обращая внимания на неестественную замершую парочку, он прошел, не теряя времени к постели с толстяком.

  - Ухорез тебя ждет. Поэтому сейчас буду снимать заклы, а ты уж будь любезен не веди себя глупо - сказал он лежащему. Пассы руками он делал совершенно незнакомые, но толстяк скоро зашевелился, попытался что-то сказать.

  - Не спеши чесать языком, еще некоторое время язык будет не слушаться тебя. Идти сможешь сам? - спросил воин.

  Трактирщик неуверенно встал на ноги, его шатнуло сначала в одну, потом в другую сторону. Он попытался сделать шаг, но вынужден был шлепнуться на постель. Печально пожал плечами.

  - Давай старайся - жестко сказал эльф. Только сейчас Галяэль заметила у него в руках грисс. С лезвия медленно падали темные шарики капель.

  Трактирщик, тихо застонав, снова поднялся.