– Не могу оставить Ноя одного… Тем более теперь, когда уверена, что ему плохо. Скажи, где он, прошу тебя.

– Ему это не понравится.

– Плевать. Я готова выслушать от него все самое худшее в свой адрес.

Виктория задумалась, не сводя с Эддисон внимательных глаз. Когда Эддисон узнала о том, что Лиам встречается с ней, она возненавидела Викторию всем сердцем. Но после того, что сама натворила, поцеловав ее парня, пересмотрела свое отношение к ней. Виктория казалась Эддисон самым загадочным человеком из всех, кого она знала. И чуть ли не самым добрым… Даже с учетом угроз, которые были, скорее, проявлением любви к Лиаму, Виктория неоднократно выручала Эддисон. Будь то разборка с бывшей Ноя или одолженные ключи от их дома.

– Теперь я понимаю, почему Ной называет тебя липучкой.

– Он… называл меня так?

– Неоднократно, – хмыкнула Виктория. Она закусила губу, а затем сказала: – Не нужно тебе сейчас с ним видеться, Эддисон, поверь мне на слово.

– А я верю. Верю, но не могу иначе.

– Только не говори, что я тебя не предупреждала, окей?

Эддисон кивнула. Виктория тяжело вздохнула, вытащила из кармана мобильный телефон и открыла приложение с картой. Она подошла к Эддисон и ткнула пальцем в экран.

– В пригороде есть старая заброшенная ферма. Дом давно развалился, а дорога такая, что хрен проедешь, но у Ноя ведь мотоцикл… Короче, он обустроил там сарай и каждый раз, когда что-то происходит, тусуется там неделю. Иногда больше.

Эддисон взглянула на карту. На ней значилось, что до фермы около десяти миль, достаточно близко, если у тебя есть машина. В этот момент Эддисон подумала, как было бы здорово иметь собственный автомобиль. Ей придется вызвать такси, беспокоить Эмму она не собиралась.

– Спасибо, Виктория.

– Вики. Мне так привычнее.

– Вики, – улыбнулась Эддисон. Она хотела уже пойти, но задержалась. – Кстати, тебе бы тоже поговорить с Лиамом. Думаю, он и сам этого хочет.

Виктория не ответила, но Эддисон ушла оттуда с чувством выполненного долга, хоть и немного расстроенная. Потому что ей нелегко дались эти слова. У Эддисон сложилось впечатление, что она добровольно отказалась от любви к Лиаму из-за сказанного. И хотя это было не так, Эддисон считала, что поступила правильно. Она решила, что Лиам сам должен понять, кто ему нужен на самом деле.

* * *

Таксист высадил Эддисон возле густого леса. Она вылезла из машины, осматривая округу. Мужчина заверил ее, что старая ферма «прямо за теми кустами», но кусты оказались полноценными деревьями.

Эддисон пробиралась через иссохшие ветки, пытаясь не залезть в паутину и не наступить на муравейники. Через минут двадцать она начала уже молиться от страха, что заблудилась. Она надеялась отыскать дорогу, по которой Ной проезжал на своем мотоцикле, но вокруг расползалась беспросветная глушь. По крайней мере, по сравнению с городским парком.

– Черт! – выругалась Эддисон, поцарапав до крови руку о колючий куст.

Пару раз она поскользнулась на прелых прошлогодних листьях и знатно испачкала руки и джинсы на коленях, свалившись в грязь. Только железное упрямство не давало ей повернуть обратно. Эддисон никогда бы не смогла простить себя, если бы потом узнала, что она не дошла до цели каких-то сто ярдов, а может, и того меньше.

– Боже… – задыхаясь, прошептала она, – это что, музыка?

Басы тяжелого рока слышались с каждым шагом все отчетливее и отчетливее.