Эддисон неопределенно пожала плечами и взглянула на Викторию. Выпивать после прошлого раза ей не особо хотелось, но каждый раз, когда на нее так смотрел Ной, она ужасно смущалась. Расслабиться ей бы не помешало.

– Если только чуть-чуть… Мы ведь до завтрашнего утра будем здесь. Маму я предупредила, Ной отвезет в школу, так что…

– Моя девочка, – подмигнул Эддисон Ной, и та снова почувствовала жар на щеках.

– Я тоже «за». Хочу ненадолго отвлечься от мыслей о Чаке. – Виктория поднялась на ноги и, уперев руки в бока, взглянула на присутствующих. – Поиграем в игры, поболтаем. Я видела здесь пару старых настолок.

– Мрак, – отозвался Ной, – так и знал, что надо сюда привезти приставку.

– А мне нравится, – Лиам улыбнулся Виктории.

– Не сомневаюсь, – отозвался Ной.

Около двух часов ребята пытались обставить друг друга в монополию, затем попробовали несколько партий в нарды, но игра быстро им наскучила. Поглощение пива тоже оказалось не особо заманчивым времяпрепровождением. В конце концов, Лиам тяжело выдохнул и устало развалился на диване, раскинув руки в стороны. Затем он ахнул, будто что-то вспомнив, и выдал:

– Может, поиграем в «Мне нравится, как…»? Мы на собрании «ККК» как-то пробовали, вышло забавно.

– Боже, милый, ты гений! – вдруг воскликнула Виктория. – В такой-то компании это действительно будет весьма… занимательно. – Виктория взглянула на Эддисон, отчего у той поползли по спине мурашки, и хитро прищурилась. – Узнаем друг о друге чуточку больше.

– Что это еще за «Мне нравится, как…»?

Ной нахмурился, вторя недоумению Эддисон.

– Все просто, братец. Говоришь начало фразы и продолжаешь перечислять, что нравится тебе больше всего в своем приятеле, друге или возлюбленном. Мы с Лиамом, пожалуй, начнем.

Викторию не заботило, хотели ли Ной и Эддисон участвовать в ее авантюре. Она с предвкушением вдохнула поглубже и сказала, смотря на Лиама:

– Мне нравится, как ты щуришься, когда смотришь на небо. Когда весенние лучи ласкают твою кожу, ты похож на солнце.

Лиам и Виктория прижались друг к другу носами и улыбнулись. Ной издал характерный звук, будто его стошнило.

– Какой ужас! Вы реально думаете, что мы со Смит станем заниматься этим?!

– А что, боишься сболтнуть лишнего? – ехидно усмехнулась Виктория.

– Вы же встречаетесь, – поддакнул Лиам, – неужели вам сложно говорить друг другу что-то приятное?

Ной поморщился, поджав губы. Их с Эддисон взгляды встретились. Эддисон подумала, что Ной все же отыщет в ее глазах желание услышать от него что-то приятное, поэтому она поспешно предложила.

– О друзьях же тоже можно говорить? Я могу сказать, что мне нравится в Лим-Лиме…

– Моя очередь, – настойчиво прервал ее Ной. Он посмотрел на Эддисон упрямо и даже с вызовом. – Мне нравится, как твои кудряшки лезут мне в лицо и рот, когда ты находишься ближе фута ко мне. Просто ужас как обожаю это.

Эддисон фыркнула. «Чего еще я ожидала от Ноя Кинга?» – она недовольно надула губы.

– Неплохо, братец, но уверена, ты можешь лучше. Твоя очередь Лиам, скажи что-нибудь приятное для Эддисон.

Эддисон показалось, что она, наконец, начала узнавать Викторию и даже понимать. Эддисон нисколько не удивилась, когда услышала ее предложение Лиаму. А вот Ной значительно напрягся.

– Ладно, Эдди, слушай! – Лиам пододвинулся к Эддисон и, изучив ее взглядом, сказал: – Мне нравится, как упрямо и самоотверженно ты справляешься с любой поставленной перед собой задачей.