— Ты хотел сказать «слава богу», не так ли? — поддразнила его Вирджиния. — Руфус, Рей, идите сюда и обнимите меня. Или вы забыли вашу хозяйку?

Оба мальчугана подбежали к ней и обхватили ее за бедра. Со слезами на глазах Вирджиния наклонилась и обняла их обоих.

Потом она почувствовала, что Тилли стоит у нее за спиной, и медленно повернулась.

Тилли улыбалась, слезы струились по ее щекам кофейного цвета.

— Я знала, что ты приедешь, — прошептала она.

Две молодые женщины крепко обнялись. Сдерживая слезы, Вирджиния шагнула назад.

— У меня адски болят ноги, — сказала она. — И я смертельно проголодалась. Как прошел обжиг? Нашли гниль? А как выглядят посевы?

Улыбаясь, она вытерла глаза рукавом.

Но Тилли не улыбнулась в ответ. Ее золотистые глаза были серьезными и испуганными.

Вирджинии не понравился ее взгляд.

— Пожалуйста, Тилли, расскажи мне все.

С нее хватало бед. Она могла не вынести очередного удара судьбы.

Тилли стиснула руки:

— Они продают плантацию — и все и всех вместе с ней.

Вирджиния не поняла:

— Что ты сказала?

— Твой папа — прошу прощения, мастер Хьюз — был в долгах, и теперь твой дядя прислал сюда агента, который распродает все — землю, дом, людей, лошадей.

Боль в груди была настолько сильной, что Вирджиния покачнулась, Тилли подхватила ее за талию.

— Что это со мной? Ты приехала худющая и голодная, как волк зимой, а я рассказываю тебе о наших неприятностях! Пойдем, Вирджиния, тебе нужны горячая пища и горячая панна, а потом мы сможем поговорить. Ты расскажешь мне о том, каково быть утонченной леди!

Вирджиния не могла ответить. Это кошмарный сон — такого не может быть в действительности, Суит-Брайар не может быть выставлен на продажу.

Но все обстояло именно так.

На Вирджинии была лучшая воскресная одежда ее матери. Она храбро улыбнулась Фрэнку, который отвез ее в Норфолк, разгладила голубые юбки, поправила голубой плащ и капор. Материнская одежда свободно болталась на ее маленькой фигурке, но Тилли и еще две рабыни трудились всю ночь, чтобы подогнать ее по размеру. Фрэнк попытался улыбнуться в ответ и не смог. Вирджиния знала почему — он боялся, что его жену и детей продадут куда-нибудь далеко и больше он их не увидит.

Но этого не должно было случиться. Вирджиния намеревалась призвать на помощь небо и землю — точнее говоря, друга ее отца Чарлза Кинга, президента Первого банка Вирджинии, — с целью предотвратить продажу Суит-Брайар. Она судорожно глотнула, ее тело покрылось потом. Ставки были дьявольски высоки, и Вирджиния смертельно боялась неудачи. Но Чарлз Кинг был добрым другом семьи, и теперь он увидит в ней не ребенка, а вполне дееспособную леди. Конечно, он одолжит ей необходимую сумму, чтобы оплатить долги отца и спасти Суит-Брайар.

Вирджиния зажмурилась от яркого солнца, ее улыбка увяла. Господи, как же она ненавидела своего дядю, графа Истфилда, которого никогда не встречала! Он даже не обсудил с ней состояние принадлежащей ей плантации!

Точнее, плантация будет принадлежать ей, если ее не продадут ко времени, когда ей исполнится двадцать один год.

Теперь три года, остающиеся до совершеннолетия, казались вечностью.

— Миз Вирджиния, — внезапно заговорил Фрэнк, удержав ее перед импозантным фасадом банка.

Вирджиния остановилась, чувствуя спазм в животе от тревоги и страха. Она постаралась улыбнуться.

— Я могу задержаться, но надеюсь, этого не произойдет.

— Дело не в том.

Фрэнк покачал головой. Он был высоким — возможно, дюймов на пять выше шести футов — и очень красивым.