— Любезный, — сказал капитан клерку, — этого замечательно способного юношу нужно без промедлений ввести в мой штат. Вам ясно? Я подожду…

Голос был чем-то знаком Бриму, который теперь пришел в такое раздражение, что готов был грызть броню. Сердито скрипя зубами, он молчаливо признал, что возвращение во Флот имеет свои недостатки. Случись что-либо подобное на гражданке, этот капитан уже валялся бы на полу. А теперь ничего не поделаешь — субординация. Брим спрятал гордость в карман и стал ждать.

— Капитан Амхерст, — с испуганным видом сказал клерк, — в-ваше штатное расписание и так уже превышено на три единицы.

Брим навострил уши. Амхерст! Так вот где он слышал этот голос! Сощурив глаза, он повернул шею так, чтобы заглянуть капитану в лицо. Да, он не ошибся. Это тот самый Пувис Амхерст, надменный молодой лейтенант, чьи себялюбие и трусость не раз отравляли Бриму жизнь, когда они вместе служили на «Свирепом». Амхерст был сыном контр-адмирала в отставке Квинси Ярелла Амхерста, и только это, по мнению Брима, могло объяснить, как такая пародия на офицера могла получить высокое звание капитана.

— Мне до этого дела нет, — раздраженно бросил Амхерст, — улаживайте сами, как хотите! — Он ласково улыбнулся юному младшему лейтенанту. — Вам понравится у нас в отделе вторичного сырья, лейтенант. Мы — как одна большая семья!

— Так точно, капитан, — покраснев, ответил красивый блондинчик.

Брим забарабанил пальцем по стене. Амхерст! Этот несчастный жукид порядком отяжелел и полысел со времен «Свирепого», но узнать его можно. Щеки и подбородок у него обвисли, как у человека, который больше не заботится о физической форме, а кожа стала бледно-желтой, как у всех кабинетных деятелей. Но внутри он, очевидно, все тот же. Даже здесь, в бюро регистрации, умудряется проворачивать свои махинации. Пувису Амхерсту всегда было наплевать на всех, кроме себя самого. Хуже того — он верит, что имеет полное право так поступать! Он заставил обоих клерков заниматься собой — и обе очереди, которые он заставил ждать, протянулись за пределы коридора. И все это время он как ни в чем не бывало продолжал оживленную беседу со своим юным другом.

Брим заставил себя не думать о том, что хотел бы сделать с Амхерстом, и сосредоточился на листке со спецификациями валериановского М-6. Уж лучше помолчать, чем лишиться звания, угрюмо решил он. Особенно если это звание тебе вернули не далее двух дней назад. Прислонившись плечом к стене, он стал разглядывать голограмму с проектом пилотского пульта, но тут кто-то дернул его за рукав.

— Сумел-таки влезть обратно в мундир, — осклабился Амхерст. — Я слышал, сам Онрад приложил к этому руку?

Брим, оторвавшись от голограммы, кивнул:

— Вы правильно слышали — это произошло позавчера в Военном Мемориале.

— Как же. — Амхерст неодобрительно покачал головой. — На празднике ИЗО. Ну что ж, пользуйся славой, пока можешь, карескриец. Если КМГС имеет хоть какое-то влияние в правительстве — а он имеет, поверь мне, — скоро субсидии на ваши дурацкие гонки урежут до нуля. У меня вся кровь закипает при мысли, сколько денег на это выбрасывается.

Брим неопределенно пожал плечами, думая, как распорядился бы Амхерст этими деньгами, если бы они принадлежали ему.