Изменить размер шрифта - +
Он рано начал летать, даже для карескрийца.

Толстяк, скорчив фимасу, поднял на него глаза.

— Даже если допустить, что я вам поверю, какого рода работу вы ищете?

Брим заставил себя сосредоточиться. Что он, собственно, умеет? Пилотов в таком месте, конечно, нанимать не станут.

— Скорее, мистер, — поторопил клерк. — Думайте быстрее или пропустите следующего. — Он вытер нос толстым пальцем.

— Грузчиком могу быть, — пробормотал Брим. До того, как он выучился летать на опасных рудовозах, обеспечивших ему допуск в Академию Космогации, Брим занимался физическим трудом.

— Грузчики. — Толстяк забарабанил пальцами по клавиатуре. — Вам повезло: есть пара мест на корабле «Процветающий» — большой лайнер, отправляется сегодня вечером на Гадор-Гелик, в город Аталанту. На вид вы парень крепкий — им должны подойти. Но в МГЛ вы прежде не служили — по крайней мере не под фамилией «Брим». Поэтому вам дадут дополнительную работу на камбузе.

Брим подумал немного: по крайней мере у него будет сухое, теплое место для ночлега. Если исходить из нынешних обстоятельств, уровень его жизни даже улучшится.

— Да шевелись же, Брим. Там снаружи стоят люди, которые возьмут эту работу не раздумывая.

— Согласен, — сказал Брим.

— Где ваши вещи? — спросил клерк. — Вам нужно будет отправиться со следующим катером.

— Все мое при мне, — ответил Брим.

— Хорошо, — толстяк снова склонился над пультом, — все в порядке. Запомните: вы нанимаетесь в оба конца, и существуют законы, запрещающие покидать корабль в середине рейса. Никто не станет обеспечивать вам бесплатный проезд в Аталанту, сколько бы рабочих рук там ни требовалось в связи с восстановлением города, ясно?

— Ясно, — сказал Брим — ему не терпелось отправиться хоть куда-нибудь.

Почти весь следующий метацикл он провел в грязной, засиженной мухами конторе МГЛ, стараясь не смотреть на плакат и не думать об открытой ране, нанесенной ему Марго. В этом ему помогало заполнение тысячи и одной анкеты, требуемых для работы на космических линиях Империи. Затем он получил нагрудную табличку с надписью «НОВЫЙ РАБОТНИК» и вышел на холодную набережную. Перед тем как явиться на пирс, он должен был сделать еще одно дело.

Потратив последние кредитки на электронную почту, он послал краткое сообщение (текстовое, самое дешевое из всех возможных) по адресу, который дала ему Марго для подобных оказий.

Дорогая Марго,

Прошлая ночь доказала со всей очевидностью, что я должен наконец начать новую жизнь, чтобы сохранить право смотреть тебе в лицо. Пожалуйста, верь что у меня все хорошо, что моя любовь к тебе неизменна и когда-нибудь я обязательно вернусь. Позаботься о себе так, как заботился бы о тебе я, будь это в моих силах.

С любовью,

Через два метацикла он уже стоял на обледенелой палубе катерка, скользящего по краю колоссального гравибассейна, где помещался «Процветающий», знаменитый лайнер МГЛ. На большой высоте виднелся конический нос корабля, а чуть пониже — искаженная перспективой внушительная надстройка. Звездолет, полностью переделанный после войны, сверкал ослепительной белизной, на мостике выделялась яркая эмблема МГЛ. Когда Брим видел его в последний раз, его одевали в темную военную броню, а сам Брим отправлялся на Азурн, в свою первую планетную экспедицию.

Катер причалил к самой нижней платформе, и Брим, задрав голову, увидел, как пассажиры поднимаются на борт по эскалаторам внутри стеклянных, украшенных позолотой шахт. Ежась от ледяных брызг, он подумал: чем же таким надо заниматься, чтобы позволить себе такую роскошь в мирное время? И пожал плечами: ему источники их благосостояния все равно недоступны.

Быстрый переход