Книга пятая

ВЛИЯНИЕ ЭЛИКСИРА

Читатель помнит, что мы оставили Паоло у изголовья Глиндона. Проснувшись от глубокого сна, англичанин вскрикнул и закрыл лицо руками, вспомнив ужасную ночь, проведенную им в таинственной комнате.

— С добрым утром, синьор! — весело сказал Паоло. — Черт возьми, вы крепко спали!

Звук этого здорового голоса рассеял все видения, еще носившиеся в памяти Глиндона.

Он сел на постели.

— Где вы меня нашли? Почему вы здесь?

— Где я вас нашел? — с удивлением повторил Паоло. — В вашей постели. Почему я здесь? Потому что патрон приказал мне ждать вашего пробуждения и спросить, каковы будут ваши приказания.

— Патрон! Мейнур! Значит, он приехал?

— И уехал, синьор. Он оставил вам это письмо.

— Дайте его и ждите, пока я встану.

— К вашим услугам. Я заказал отличный завтрак, вы должны быть голодны. Я неплохой повар, как это и подобает сыну монаха. Вы будете в восторге от моего таланта приготовлять рыбу. Надеюсь, что моя песня вам не надоедает, я всегда пою, приготовляя салат, тогда кушанье выходит вкуснее.

Паоло перебросил через плечо карабин и, оставив комнату, запер дверь.

Между тем Глиндон уже развернул письмо Мейнура.

"В тот день, когда я принял тебя в ученики, — писал Мейнур, — я обещал Занони, что если первые опыты убедят меня, что ты должен увеличить собою число тех, которые напрасно стремились стать членами нашего братства, то я не доведу тебя до несчастья и гибели, я возвращу тебя свету. Твое испытание было самое легкое, какому только подвергается неофит; я потребовал от тебя только одного: воздержаться от твоих чувственных инстинктов и покориться короткому испытанию, которое доказало бы твое терпение и веру. Возвращайся к твоему миру, ты не принадлежишь к числу тех, которые могли бы стремиться к нашему.

Это я поручил Паоло принять тебя в круг танцующих на празднике, это я заставил старого нищего попросить у тебя милостыню, это я оставил открытой книгу, которую ты мог прочесть, не иначе как нарушив мои приказания. Ну, ты видел, что ждет тебя на пороге тайной науки, ты видел, лицом к лицу, первого врага, который угрожает тому, кто еще находится под властью страстей. Ты удивляешься, что я навсегда запираю перед тобой двери? Разве ты не понял наконец, что нужно иметь душу, очищенную и закаленную не чудесными напитками, но своими собственными достоинствами, чтобы переступить через порог духовного мира и победить врага? Несчастный! Вся моя наука бесполезна для человека дерзновенного и чувственного, для того, кто стремится узнать наши тайны только затем, чтобы профанировать их, чтобы употребить их для грубых удовольствий и эгоистического порока. Почему обманщики и колдуны прошедших веков погибали, стараясь проникнуть в тайны, которые должны очищать, а не развращать? Они утверждали, будто владеют философским камнем, и умерли в нищете, хвастали, что обладают эликсиром бессмертия, и сошли в могилу, поседев раньше времени. Легенды утверждают, будто они были разорваны на клочки дьяволом. Да, это был демон их нечистых желаний и преступных стремлений. Чего они желали, того же и ты желаешь, и, будь у тебя крылья серафима, ты не мог бы подняться над землею. Твоя жажда тайной науки есть только вздорная самонадеянность. Твое желание счастья — болезненная жажда нечистых плотских наслаждений! Даже твоя любовь, которая обыкновенно облагораживает самые низкие души, есть просто первая вспышка похоти, смешанная с отвратительными расчетами холодной измены! И ты — один из нас?! Ты — член нашего возвышенного братства?! Орел может руководить к солнцу только полет орленка. Я оставляю тебя земле.

Но ты, несчастный, непослушный и нечестивый, ты вдыхал эликсир; ты навлек на себя отвратительного и безжалостного врага.