- Да, - Нилла шмыгнула и грубо провела ладонью под носом. – Да, конечно, тебе жаль.

Она пошла по извивающейся дороге, оставив Сэма позади. Вимборн виднелся впереди, большой, с дымом из труб, знакомый. Жизнь, которую она оставила, звала ее домой.

Она не сбежала. Она не перестала быть воровкой с Драггс. Все надежды и мечты о том, кем она могла стать… не сбудутся.

10

Она была даже красивее во снах, чем в его памяти. Во снах даже небольшие изъяны в симметрии ее лица или красоте ее тела пропадали, оставляя только воплощение чувственного идеала.

Он видел ее теперь. В пустых местах его разума, оставленных Девой Шипов, появились сны, каких не было много лет. Шипы не рвали его подсознание. Только картинки наполняли его голову, видения юности, ужасные, но красивые.

Он видел ее в свадебном платье, она стояла на лестнице над фойе, ладонь лежала на перилах, голову она держала высоко, пока гости внизу восторженно охали.

Он видел ее как ребенка с длинными конечностями, ее фигура только стала смягчаться и становиться женственной, она дико бегала по двору, темные волосы развевались за ней, пока она улыбалась ему, дразня.

Он видел, как она открывала дверь его комнаты, ее лицо озарял свет огня в его камине. Ее тело было в шелковом халате, который натянулся на ее полной груди.

Он видел ее снова и снова… все сладкие и мучительные моменты, которые, как бы он ни пытался их подавить, не покидали его сердце.

Хеления. Его первая любовь. Его первое горе. Мучение его души.

Соран застонал, желал отпрянуть от этих картинок. Он должен был помнить, кем он был, и где было его место. Не тут. Не в этом мире идеальных воспоминаний. У него была работа, да? Он должен был… должен был… но он не мог вспомнить…

Хеления обвивала руками его шею. Шептала нежно и тихо:

«Ты знаешь, что я любила только тебя. Он может повеситься, а мне плевать».

Ее нежная плоть прижималась к его телу.

«Почему ты вышла за него? Почему не подождала? Ты обещала, что подождешь!».

Ее губы играли с мочкой его уха.

«Зачем ты тратишь дыхание. Дай то, что мне нужно. Дай то, чего я жажду. Дай…».

А потом она упала. Обмякла в его руках. Кровь лилась из ее рта по подбородку, капала на грудь и растекалась пятном на корсете платья. Он смотрел на ее лицо, безумно искал искру уже угасшей жизни. Только… только…

Только в его руках была не Хеления.

«Нилла?».

Соран сдавленно выдохнул, его тело содрогнулось, глаза открылись. Он на миг не спал. Он видел балки под потолком, ощутил ковер под своим телом и твердый пол.

Легкие сдавило, он не мог вдохнуть больше. И он снова провалился во тьму. Но в этот раз тьма не стала снами. Разум оставался за его веками. Казалось, он век пытался сосредоточиться, поднял разум из глубин и стал ощущать мир вокруг себя.

Маяк. Он был в маяке. Лежал на полу. Отравленный. Парализованный? Он скривился и с трудом пошевелил правой рукой. Не был парализован.

Нилла.

Его сердце колотилось. Соран охнул от боли и смог открыть глаза. Он смотрел на балки. Они будто медленно кружились. Он не хотел снова закрывать глаза, ждал, пока мир не встанет на место.

Она пришла за Розовой книгой.

Все это время таким был ее план. Найти и забрать заклинание Носрайта. Но… зачем?

Гаспар.

Соран скривился, до боли стиснул челюсти.