Я кивнул.

— Что случилось с девицей? — спросил я.

— Девица, оказывается, положила таблетку в баночку с кольд-кремом, чтобы провезти ее через кубинскую таможню. Пару ночей спустя, лежа рядом с храпевшим Фиделем Кастро, она подумала, что надо достать таблетку и бросить ее в стакан с водой, который стоял на столике рядом с Каудильо. А таблетки не оказалось. Либо она растворилась в кольд-креме, либо охрана Кастро нашла ее.

— Ты хочешь сказать, что они пронюхали про девицу?

— Так она считает. Оказывается, в ту ночь Кастро проявил себя искуснейшим любовником, что было никак на него не похоже при том, какой он солдафон, — во всяком случае, так говорит девчонка. А в тот вечер это был просто супермен. Это, видимо, убаюкало ее настороженность. По ее словам, Кастро доставило удовольствие сознание, что любовница пыталась его убить, но не сумела. Это могло настолько его позабавить, что он даже проявил щедрость в любви. Сейчас девчонка вернулась в Майами и рассказывает своему дружку Фьорини, что, по словам Кастро, никто никогда не сумеет его убить, так как самые опытные маги защищают его день и ночь своими колдовскими чарами. «Как ни странно, я, марксист, верю в магию», — сказал ей Кастро.

— Ты все это узнал от Мэю?

— Да нет, черт возьми, — сказал Кэл. — Мэю нарисовал мне столь общую картину, что возбудил мое любопытство и я сам проинтервьюировал девицу.

— Ну и какая она?

— Потрясающе хороша, только ужасно нервная. У нее такая паранойя, что она верит, будто ее ищет убийца из кубинской разведки.

— А что у нее за приятель? Этот Фьорини?

— Авантюрист. Очень загорелый. Из тех, кто был бы счастлив везти на своем катере окровавленную акулью голову.

— Связан с Масферрером?

— Думаю, ты прав.

А Масферрер, сказал я себе, связан с Марио Гарсией Коли, который готов перебить весь исполком фронта — или он теперь называется Кубинским революционным советом? — когда они высадятся на Кубе. У меня, должно быть, тоже развилась паранойя, ибо я спросил:

— У девицы роскошные черные волосы?

— Да, — сказал отец, — и зеленые глаза. Неплохое сочетание.

— У тебя нет ее фотографии?

— К сожалению, нет. Не захватил сегодня с собой. — Он глотнул бурбона. В начале нашего ужина Кэл объявил, что одной из причин, побудивших его остановить свой выбор на «Сан-Суси», является то, что в этом французском ресторане понимают толк в бурбоне и держат «Громмз» и «Улрич». — Кстати, я занялся изучением этой santeria. Ты и представить себе не можешь, какие снадобья готовят эти maymberos для своих темных целей. Мне удалось раздобыть один рецептик: голову казненного убийцы варят с семью хвостами скорпиона, добавляют немного крови из руки maymbero, измельченный кончик сигары, растертый со ртутью, затем кладут много перца, чтобы отбить вкус мертвечины, заворачивают в травы, затем в кору деревьев, добавляют имбирь, чеснок, корицу, некоторые — живых муравьев и червей, варят все это в течение часа, сопровождая соответствующими песнопениями, затем кладут туда сушеную ящерицу, одну раздавленную сороконожку, кварту рома, двух мертвых летучих мышей, пролежавших ночь в земле, три дохлые лягушки, кусок дерева, весь в термитах, кости черной собаки и — самое важное — кварту флоридской воды. Вот это кушанье! — И он весело расхохотался. — Я думаю, чтобы собрать все эти ингредиенты, потребуется не меньше времени, чем их варить. — Лицо его на секунду застыло среди смеха, что всегда указывало на то, что он решает про себя, говорить ли еще что-то. — Нас сейчас отделяет всего две недели от высадки, — произнес он так тихо, что я скорее прочел это по его губам, чем услышал.