– Джо, прошу тебя, не нужно сближаться с Сэмом ради развлечения. Я понимаю, что велико искушение таким способом попытаться позлить Ника, но лучше этого не делать. – Она наклонилась и закрутила кран, когда вода накрыла цветы и потекла на пол. – Между братьями и без того уже идет достаточно острое соперничество.

– Неужели? – поразилась Джо. – Но как такое возможно, если они почти не видятся?

– Сэм невзлюбил Ника с самого его рождения. – Дороти машинально оборвала лепестки у распустившейся розы и бросила их в мусорное ведро. – Мне казалось сначала, что соперничество между детьми в семье обычное явление, и с возрастом Сэм перерастет свою ревность. Но все оказалось гораздо сложнее. Он научился прятать свои чувства. Ему удалось убедить отца и Ника, что неприязнь у него прошла. Но меня он никогда не мог обмануть. Сэм рос, но его антипатия становилась только острее. Причину я понять не могу. Они оба хороши собой, умны, и тот и другой уверены в себе. Сэм в своей области добился невероятно больших успехов. У него не было причин завидовать Нику. По крайней мере, пока не появилась ты.

– Я представления об этом не имела. – Джо смотрела на Дороти с искренним изумлением. – Мне казалось, что они любят друг друга. Как это ужасно. – Она вяло отбросила волосы с лица. – Я уверена, что Ник на самом деле любит Сэма. Он рассказывал, что в детстве преклонялся перед ним. Думаю, что и сейчас он втайне боготворит его. Когда он беспокоился обо мне, он сразу обратился к Сэму. – Она замолчала. Ей подумалось, что Ник, возможно, ждал от брата не помощи, а хотел избавить себя от забот о ней. Она закрыла глаза, пытаясь представить лицо Сэма, когда он поцеловал ее при расставании, желая доброй ночи. Это был братский поцелуй, в этом она не сомневалась.

Дороти не заметила, что Джо внезапно замолчала, и с тяжелым вздохом продолжала изливать душу.

– Временами мне казалось, что в этом есть доля моей вины. Между ними шесть лет разницы. Когда родился Ник, мы с мужем страшно обрадовались. Старшим детям в такой ситуации приходят в голову странные мысли. Им может казаться, что они чем-то не угодили родителям…

– Но ведь Сэм психиатр! – не выдержала Джо. – Даже если такие мысли и появлялись у него в шестилетнем возрасте, но теперь-то он достаточно образован, чтобы понимать, что все это не так. Давайте, Дороти, пить кофе. На ночь разговор на такую специальную тему чересчур тяжел для меня. – С этими словами она включила кофеварку.

Дороти открыла буфет и достала чашки.

– Ты собираешься еще встретиться с Сэмом?

– В среду вечером, – кивнула Джо.

Дороти помрачнела.

– Джо, между тобой и Ником действительно все кончено?

Джо обернулась к ней, и долго сдерживаемое раздражение, наконец, прорвалось.

– Дороти, перестаньте, пожалуйста! Бога ради, они давно взрослые, а не мальчишки, которые не могут поделить игрушку. Не знаю, окончательно мы расстались с Ником или нет. Возможно, что так. Но мы сохранили друг к другу теплые чувства. И что случится дальше, сказать трудно.

После ухода Дороти Джо долго сидела, бездумно глядя в пространство. Потом встала и налила себе выпить. На столе лежала стопка книг и бумаг с заметками, она скользнула по ним взглядом, но даже не притронулась. Беспокойно расхаживая по комнате, она задержалась у зеркала и долго смотрела на свое отражение, а затем торжественно подняла бокал.

– За тебя, Матильда, где бы ты ни была, – с грустью проговорила она. – Могу поспорить, что ты тоже считала всех мужчин прохвостами.

Голос автоответчика сухо и вежливо сообщил:

– В приемной сейчас никого нет.