– Куклу захватили? – спросил он Чарити.

Девушка отдала ему узел: старую куклу, которую она отыскала в детской и завернула в льняное одеяло.

– Этот чертов парик с волосами из шерсти не хочет развеваться на ветру, как настоящие волосы, – пожаловался Льюис.

– Ничего, не обращайте внимания; только привяжите его покрепче, чтобы он не слетел в самый ответственный момент. Издалека вас все равно не разглядят, – успокоила его Чарити.

– Как это вы женщины передвигаетесь в широких юбках? Я в них обязательно запутаюсь и не смогу пробежать и шага.

Мертон разложил у нижней части могилы сырую шерсть, замаскировал ее куском дерева и молча вглядывался в дом викария. В одиннадцать тридцать дверь открылась, и три фигуры бесшумно выскользнули, направившись к кладбищу.

– Кто третий? Это не Нед, – озабоченно прошептал Льюис.

– Он самый, просто переоделся в брюки. Белая роба слишком приметна, – объяснил Мертон.

Трое злоумышленников – викарий, мисс Монтис и Старый Нед – оглядывались по сторонам по мере приближения к кладбищу. Мужчины несли лопаты. Мертон рассчитывал, что мисс Монтис должна нести узел с костями какого-нибудь давно умершего животного, которые они решили подложить в могилу Мег. Но ничего похожего на узел в руках у нее не было.

Мертон недоумевал, как заговорщики намеревались скрыть от тех, кто будет эксгумировать останки, что могила была только что вскрыта. Правда, всегда оставалась возможность свалить вину на кого-нибудь другого. Или они собирались, напротив, выкрасть останки ребенка из другой могилы? Это было умнее, чем подсовывать кости животного, которые можно легко отличить от человеческих. Опередив официальных эксгуматоров, злоумышленники запутали бы дело так, что никто не докопался бы до истины.

Мертон разжег огонь, загородив его спиной, и подпалил огарки свечей, скрытые в сырой шерсти. Из вяло тлеющего костра стал подниматься дым. Три фигуры продолжали идти, направляясь к могиле Мег. Первой заметила дым мисс Монтис. Она остановилась и указала на него своим спутникам, спросив в испуге:

– Что это значит?

Фигура с длинными светлыми волосами в женской ночной рубашке, которая была ей немного маловата, медленно и плавно поднялась за дымовой завесой и, баюкая ребенка на руках, издала низкий жалобный стон, от которого у Чарити волосы встали дыбом, хотя она знала, что это всего лишь Льюис.

Призрачное видение протянуло руку в сторону священника и произнесло срывающимся фальцетом:

– Сын мой, остановись, не тревожь мой покой, не то будешь целую вечность страдать, как страдаю я, твоя бедная мать. – Священник выронил лопату и смотрел перед собой безумными глазами, открыв от потрясения рот.

Видение продолжало, протянув руку в сторону Неда:

– Нед, если любишь меня и нашего сына, останови его, не дай свершиться святотатству.

Первым очнулся Нед.

– Мегги, это в самом деле ты? – произнес он хрипло.

– Замолчи, дурак! – шикнула на него мисс Монтис. – Это все шуточки проклятого охотника за духами. Откуда им знать правду?

– И в самом деле, откуда? – произнес Сент Джон срывающимся от волнения голосом.

Нед забормотал, трясясь от страха:

– Мне страшно, сынок. Игра не стоит свеч. Все эти годы мы неплохо жили, дурача Мертонов. Вчера я не должен был тревожить Мег, изображая ее призрак. Но сегодня хочу взглянуть на нее в последний раз.

Нед стал приближаться к Льюису, а тот старался отступить как можно дальше, прячась за густым дымом. Скоро его фигура скрылась за тисовой изгородью.