— Это характеризует его положительно.

— Серхио, — Эми оттолкнулась от стола, покачав головой с укоризной. — Ты сейчас витаешь где-то в облаках! По идее, сам должен это хорошо понимать. Или я тебя удивлю? Людей, которые совсем плохие, от начала и до конца — просто не бывает. Не в нашем мире. Даже самый страшный маньяк может любить кошечек и подбирать всех котят, выброшенных людьми умирать. А Власов не был конченым садистом, убийцей, маньяком. Ничего подобного. Он был крепким профессионалом. Он сделал много хорошего и для русского патруля, пока был куратором нашего отдела от военных структур. Он был отличным человеком. Но это не отменяет того, что он стал предателем страны, понимаешь?

— Не очень.

«Менталитет другой страны», — Эми повернулась, глядя на то, как в парке около патруля медленно падают золотые листья. Ветер качал макушки деревьев, поднимал в воздух вихри золотых пылинок и опавших лепестков, мчался по дорожкам и прыгал в клумбы с яркими астрами и георгинами.

А небо в противовес вихрю на земле было серым, нахмурившимся, и казалось насупленным ребёнком, у которого пропала лента, и который вот-вот расплачется.

— Эми?

— А? — девушка повернулась, рассеянно поправила пряди, лезущие в глаза, покрутила кончики в пальцах и потянулась за ножом.

— Стой! — Серхио успел быстрее, мерцнул в джампе, хватая Эммануэль за запястье, сжал. — Ты что творишь?!

— Я? — взглянув на нож, словно впервые его увидев, девушка отложила его в сторону, виновато улыбнулась. — Волосы мешали, думала, что быстрее будет их отрезать.

— Послушай. Ты можешь взять пару дней отгулов? Тебе надо развеяться, отдохнуть. Ты на привидение похожа!

— Я только вышла с отпуска, — Эми осторожно разжала мужские пальцы на своём запястье. — Со мной всё нормально, правда. Это так, временное помутнение.

— И часто оно у тебя так? — далеко Серхио не ушёл, сел на край стола напарницы, разглядывая её лицо.

— Нет.

— Что нет?

— Не часто.

— Ты в этом уверена?

— Если ты сейчас на западный манер предложишь мне обратиться к психологу, я устрою тебе визит к травматологу, — рассердилась Эми.

Серхио рассмеялся и переместился обратно за свой стол, подняв руки:

— Даже не думал. Кофе попьём? Да займёмся делами.

— Согласна. Ставь чайник, — кивнула девушка, потянулась к нижнему ящику своего стола, где прятала сладости, и застыла на середине движения. Они же закончились. И шоколадки, не очень ей любимые, и рассыпчатое печенье, и даже рогалики!

Но вроде бы в конце ящика оставалось что-то…

Потянув решительным движением ящик на себя, девушка с трудом удержалась от всхлипа. Там было то, чего быть не должно было! Ближе к ручке лежал прозрачный мешочек с рассыпчатым печеньем из французской кондитерской, которую любила Эми…

— Эми? Всё в порядке? — встревоженно спросил Серхио, заметив, что напарница опять начала бледнеть на глазах.

Подняв голову, Эми кивнула:

— Насколько это возможно. Так, где там мой кофе?

Серхио улыбнулся, провёл рукой над кофе, а когда кружка появилась перед девушкой, на шоколадно-сливочной поверхности была смешная рожица.

Тяжесть на душе пропала, вытащив печенье, девушка даже искренне предложила им поделиться, а когда напарник отказался, вцепилась в мешочек с наслаждением. И до конца дня, заполняя все таблицы, больше ни о личных делах, ни о рабочих Эми и Серхио не разговаривали.

В конце дня, оба, попрощавшись, исчезли из кабинета, только через пару минут после этого Эммануэль вернулась обратно.